Биография

С чего это началось... Родился я, с исторической точки зрения, вчера, то есть в 1960 году, 4 октября. Мой отец — Иван Афанасьевич Папченко, мать — Лидия Даниловна Папченко, в девичестве Кондратенко.

Приютил нашу семью миниатюрный станционный поселок Янполь (ныне это поселок Привокзальный) Сумской области Украинской ССР, где, пожалуй, единственным значительным зданием в то время был железнодорожный вокзал. Янполь, нанизанный, словно бусина, на струну Юго-Западной железной дороги, терялся в перелесках, южных, уже разбавленных полями, отрогах Брянских лесов. Я «тарзанил» в этих перелесках, так как следить за мной было некому. Моя мама тяжело заболела туберкулезом, когда мне исполнился год, и ей приходилось подолгу лечиться. Отец оставил нас. И я жил с дедом. Но как он мог уследить за мной...

5 лет
С дедом.
Моя мама.
Я в детстве.

Однажды мы вернулись с прогулки, и деду стало плохо. Наверное, прихватило сердце. Уже стемнело и, чтоб найти лекарства дедушке, а видел он скверно, нужно было включить свет. А встать со стула он и не может. А я не могу дотянуться до выключателя. Дед смотрел-смотрел, как я прыгаю, и заплакал - старый и малый. Наша семья жила как-то привычно бедно. У нашей соседки, старушки, в домике был земляной пол, и это никого не удивляло. Телевизора у нас, естественно, не было. Было радио. Старинная радиола. По которому дедушка изредка слушал, как я теперь вспоминаю, «Голос Ватикана» или нечто в этом роде...

И вообще в поселке обитала некая религиозная христианская секта, в простонародье этих граждан называли баптистами, так вот я вместе с мамой посещал, так называемые собрания. Мне это казалось довольно скучным времяпрепровождением. Вместе со взрослыми я слушал читаемую вслух Библию, впрочем это могло быть скорее Евангелие. Потом мы причащались, молились, на коленях...

Присматривать за мной было некому, и поэтому я с 1965 года жил в детдоме миленького и маленького городка Ахтырка.

Детдом. Всё в моем станционном детстве было шершавое и неровное — стволы деревьев, заборы, мебель — деревянный из струганных досок диван, лавка, даже посуда была щербатая. Поэтому, быть может, первое сильное эстетическое впечатление на меня произвело обыкновенное, в красный горошек, блюдце и в нем горка наструганной на терке вареной морковки. Блюдце стояло на безупречно ровной, совершенно ровной, невозможно ровной, белой пластиковой столешнице. К слову, вареную морковку я ненавижу до сих пор... И как это все понимать? Ну не нравится мне она, зато так красиво смотрится на блюдце!

С 1967 года я жил и учился в школе-интернате города Шостка Сумской области Украинской ССР. Мама. Мама неподалеку, в тубдиспансере пристанционного поселка Воронежский. Это в десяти километрах от Шостки. И все-таки, наверное, из-за специфики её болезни, встречались мы не часто. Иногда я ей звонил. Иногда она мне. В таком случае, дежурный по спальному корпусу выбегал во двор и разносилось окрест: «Папченко, к телефону!»

Как обидно, что в те времена еще не знали сотовых телефонов.

По просьбе мамы, надо мной оформила опекунство Антонина Никитична Хвист. То есть, я по-прежнему учился в интернате, а все выходные и каникулы проводил в районном центре Ямполь, у бабушки. Её семья заменила мне родную семью, насколько это вообще возможно. Помню, каждый понедельник я мчался на пятичасовую утреннюю электричку, чтобы успеть в интернат до начала занятий. Как сейчас вижу - туман. Мост через речку Ивотку. Мне казалось тогда, что так потерянно я себя никогда больше не буду чувствовать. Последнюю сотню метров я пробегал — улочка тянулась вдоль кладбищенского забора...

Когда мне исполнилось девять лет — умерла мама. Её похоронили на станции Янполь (пос. Привокзальный). Там очень маленькое кладбище. Миниатюрное...

...Преодолевая все попытки моих учителей русского и украинского языков и литературы, Ольги Ивановны Шуляк и Нины Ивановны Пасечник, обучать меня, я читал книжки. Да здравствует библиотека имени А.П. Чехова на Петуховке, пригороде Шостки! Кажется, я прочел там если не всё, то половину, это уж точно...

Н.И. Пасечник
Школа-интернат
Гапоненко
Школа-интернат

В 1974 году умер отец.

Моя интернатская кличка — Тапочек.

И вообще интернат чрезвычайно много, для такой краткой биографии, как эта и поэтому Бог с ним, оставим его...

...В 1977 году я окончил школу-интернат и поступил в кинотехникум города Ростова-на-Дону. Шестнадцать лет, первое большое путешествие, южная ночь, запахи остывающего асфальта, кондитерские ароматы «экзотических» фруктов... Впервые в своей жизни я брожу ночью по вокзалу с некоторой суммой денег в кармане, позволяющей, однако, чувствовать себя магнатом. В полусонном сознании, одуревшем от вокзальной толчеи, шума и ярких огней, реальность плавится, трансформируется в нечто неуловимо сказочное. Потом я догадался, что несколько часов был счастлив...

Во время учебы в кинотехникуме, подрабатывал в парке им. Вити Черевичкина в кинотеатре "Спутник" киномеханником...

1980 год — служба в армии. Железнодорожные войска. Учебка — в Чернигове: щебенка, лопата, известка, железнодорожная катастрофа, восстанавливаем дорогу, юный сержант. «Машка! Дай! » На призыв «дай» мы, продев ломы под шпальную решетку, дружно их рвем, сдвигая на миллиметр рельсы... Госпиталь. Первые раненые из Афганистана. Из учебки — в Карелию... Утонувший в снегах палаточный городок под Кондопогой встречает нас дикими воплями — лейтенант имярек, в драбадан пьяный, с крыши барака орет благим матом: «Мама! Мамочка! Забери меня отсюда! »

Демобилизовавшись в 1982 году, работал в родном Ямполе в химчистке, оттуда перевелся на местный завод в ремонтную бригаду, потом в кинотеатр «Салют» — киномехаником. И, наконец, в 1984 году переехал в Свердловск и устроился на Свердловскую киностудию. Вначале работал дольщиком, то есть толкал тележку с кинокамерой, потом супермехаником, ассистентом оператора, вторым оператором...

Хроникеры киножурнала
Съемки фильма Рябиновые ночи
Съемки фильма Горький можжевельник
Съемки фильма Золотая баба

 

Художественные фильмы, в съемках которых я принимал участие:

  • «Один и без оружия» (Реж.В.Хотиненко, оператор Б.Шапиро)
  • «Рябиновые ночи». (Реж. О.Кобзев, оператор Осенников)
  • «Золотая баба». (Реж. О. Кобзев, оператор Г. Майер)
  • «Залив счастья». (Реж. В.Лаптев)
  • «Команда 33». (Реж. Н. Гусаров, оператор Г. Майер)
  • «Этот горький можевельник». (Реж. Б. Халзанов)

В 1987 году принят в штат СГТРК (Свердловская государственная телерадиокомпания), телеоператором. В этом качестве наблюдал весь постперестроечный переполох, что называется изнутри. Например: 19 августа 1991 года в пустынном павильоне встречал на работе демократию. Очень было нервно... А 4 октября 1993 года, в свой день рождения, опять же на работе, опять встречал очередную заваруху.

В 2005 году оставил Свердловское телевидение и с тех пор на вольных хлебах.

В Союз Российских писателей вступил в 1997 году.

карандаш