Александр Папченко
Екатеринбург
www.papchenko.ru
Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.


НЕ БОЙСЯ Я С ТОБОЙ!
Или
Невероятные приключения Кольки и Кэт!


Поздний летний вечер. У открытого окна столовой  детского лагеря,  СЫРЦОВ с удочкой. Он, прячась за горшками с цветами, следит за происходящим внутри столовой.
У другого открытого окна столовой детского лагеря, кот ГЕРАСИМ. Он тоже, прячась за горшками с цветами, следит за происходящим в столовой.

Наконец,  выбрав момент, когда…

…повара отойдут подальше, от огромного бака с сосисками…

…СЫРЦОВ замахивается удочкой

…кот ГЕРАСИМ готовится к прыжку.

…рыболовный крючок впивается в одну из сосисок.

СЫРЦОВ подсекает! И сосиски ускользают из-под лап приземлившегося кота ГЕРАСИМА.

Кот ГЕРАСИМ очумело наблюдает, как сосиски одна за другой (они соединены между собой) уползают по полу столовой, поднимаются по стене, и одна за другой преодолев подоконник, исчезают…

..в большом холщевом мешке, куда их, сосиски, одну за другой водворяет  СЫРЦОВ. Но вот дело застопорилось – сосиски где-то застряли. СЫРЦОВ дергает – и в мешок вваливается, вцепившийся в последнюю сосиску, кот ГЕРАСИМ. 

СЫРЦОВ изумленно заглядывает внутрь мешка – ГЕРАСИМ шипит и всем своим видом дает понять, что вытащить его из мешка, можно только ценой жизни вытаскивателя.

Из столовой доносится голос:
- Маша, а ты сосиски уже унесла?

СЫРЦОВ торопливо завязывая горловину мешка: - И черт с тобой! Даже еще лучше!

ТИТРЫ:      «НЕ БОЙСЯ Я С ТОБОЙ!
Или
Невероятные приключения Кольки и Кэт!»


Ночь. Ночной сторож детского лагеря ПАНТЕЛЕЙ ФЕДОРОВИЧ в своей сторожке – на столе чай и легкая закуска типа сушка обыкновенная - тщетно пробует выбрать канал на своем подержанном телевизоре. Едва он найдет, что-нибудь умиротворяющее и с благожелательной улыбкой усядется в кресло и возьмет чашку с чаем, как оказывается, что это благожелательное, лишь тихая пауза в очередном фильме ужасов. Пресекая кровавое развитие сюжета ПАНТЕЛЕЙ
ФЕДОРОВИЧ встает и опять переключает канал… Наконец ему надоедает переключать, он выключает телевизор, встряхивается, подходит к окну сторожки, и…
… нос к носу сталкивается с прильнувшей с той стороны оконного стекла ужасной, напоминающей только что виденные по телевизору в фильмах ужасов, мордой.
ПАНТЕЛЕЙ ФЕДОРОВИЧ зажмуривается, а когда открывает глаза, то видит лишь…
…умиротворяющую картину – пустынные пространства спящего ночного детского лагеря  – карусели, качалки, скамейки, плац для построений и прочее.
ПАНТЕЛЕЙ ФЕДОРОВИЧ трясет головой, отгоняя наваждение, смотрит на часы и, сняв со стены ружьишко, не спеша бредет выполнять обход вверенной ему территории.

-----------------

У сосны трясется обернутая, как пустынная женщина, в простыню фигура – это КЭТ. КЭТ, для конспирации, в черных очках и шляпе. На каждый шорох КЭТ реагирует, приподнимая очки, оглядывается: - Ой! Мама… Ай…
Вдруг КЭТ замирает и от ужаса прижимается к сосне спиной – из предрассветной дымки и из-за близьстоящих сосен появляется еще одна фигура – это СЫРЦОВ. На лице у него маска для ныряния – именно эту физиономию видел ПАНТЕЛЕЙ ФЕДОРОВИЧ из окна своей сторожки. За спиной у СЫРЦОВА тот самый холщовый мешок.

СЫРЦОВ замечая экипированную КЭТ испуганно замирает. Некоторое время ребята не шевелятся, смотрят друг на друга.

КЭТ прижимаясь к сосне спиной, от ужаса, сползает наземь…

СЫРЦОВ облегченно вздохнув и приближаясь: - А это ты… Не бойся, Кэт! Это я…  А простынь то зачем напялила?
КЭТ: - Для маскировки…
СЫРЦОВ: - А шляпу?
КЭТ поднимаясь: - Это я у Вали… Это Валина. А что не идет?

Ребята идут…

СЫРЦОВ на ходу: - Запомни, Пишустина, пациент красивым не бывает. А то ты в этой простыне, как это…
КЭТ: - Как что?
СЫРЦОВ: - Как призрак…
КЭТ: - Ма!  Я тебя умоляю…
СЫРЦОВ: - Вот именно…

КЭТ в своих черных очках, врезается головой в сосну и останавливается…

СЫРЦОВ: - Действительно! Ни шиша же не видно…

СЫРЦОВ снимает маску для ныряния, а КЭТ снимает очки.

СЫРЦОВ оглядываясь: - Мы хоть туда идем? А то припремся без компаса в какое-нибудь болото…
КЭТ: - Не надо…
СЫРЦОВ на ходу ворчит: - Сам не хочу… И клюкнемся как Муму с Герасимом без кругов на воде…

--------------

Тем временем ПАНТЕЛЕЙ ФЕДОРОВИЧ, ничего не подозревая, совершает обход вверенной ему территории.

--------------

Наконец ребята выходят на высокий берег реки. Полнолуние.  Красивые дали. Река в лунном свете серебристой лентой лежит в лугах… Неподалеку от ребят противопожарная вышка с которой пожарники «любуются» пожарами. СЫРЦОВ сгружает мешок. Вынимает откуда-то из-за пояса прибор «электронную книгу». Кладет на землю.  СЫРЦОВ деловито  развязывая  мешок и ни к кому не обращаясь: - Дышите глубже…

Но КЭТ послушно принимается дышать глубже.

СЫРЦОВ извлекая фонарик, светит внутрь развязанного мешка…
...на дне мешка, на недоеденный сосисках, расставив не сходящиеся из-за большого брюха лапы, застыл в экстатическом наслаждении, с идиотской улыбкой на лице, кот ГЕРАСИМ.

СЫРЦОВ: - Созрел…

СЫРЦОВ отложив мешок, включает «электронную книгу»…

СЫРЦОВ КЭТ: - Готовь свою бородавку… А я пока повторю, как там оно лечится…

Голос из «электронной книги» зачитывает отрывок из книги « Приключения Тома Сойера» Марка Твена…

Голос: «…- Слушай-ка, Гек, дохлые кошки – на что они надобны?
- Как – на что? А бородавки сводить.
- Разве…»

СЫРЦОВ перелистывая «страницы» - прокручивая запись: - Нет, это где-то дальше…
КЭТ: - Коля, я что хотела тебе сказать…
СЫРЦОВ: - Не дохлый он,  не дохлый.  Но почти как дохлый. Обожрался.

СЫРЦОВ опять включает электронную книгу.

Голос: «…а потом надо закрыть глаза и скоро-скоро отойти ровно на одиннадцать шагов и три раза повернуться на месте…»

СЫРЦОВ: - Нет! Не то… Да где ж то место!
КЭТ: - Коля… - решившись - …Нет у меня никакой бородавки!
СЫРЦОВ: - Отстань… - и изумленно - Что?! Как нет… бородавки?! 

Но КЭТ уже не смотрит на СЫРЦОВА. КЭТ смотрит за спину СЫРЦОВА, туда…

…где, шагах в сорока от ребят, появляется некое расплывчатое пятно. Оно движется к ребятам. Останавливается.

Закуривает сигарету. И в свете огня от зажигалки, ребята различают лицо-фигуру сторожа ПАНТЕЛЕЯ ФЕДОРОВИЧА.

Ребята всполошились. СЫРЦОВ лихорадочно оглядывается. Хватает мешок с котом и остатками сосисок, сует включенную «электронную книгу» за пояс и бросается к вышке. КЭТ следует за СЫРЦОВЫМ. СЫРЦОВ ступает на лестницу и ползет вверх на вышку. КЭТ, некоторое время, попискивая, мечется у подножия вышки, но понимая, что выхода у неё не остается – лезет по лестнице вслед за СЫРЦОВЫМ.

------------------------

ПАНТЕЛЕЙ ФЕДОРОВИЧ приблизившись к опорам противопожарной вышки, останавливается и с наслаждением вглядывается вдаль, любуясь замечательным ночным пейзажем.

---------------

СЫРЦОВУ неудобно на лестнице. Он удерживается за перекладину одной рукой, другой вынужден поддергивать сползающий с плеча мешок. Наконец это происходит – в очередной раз неловко перехватив мешок, он роняет из его открытой – не завязанной горловины кота ГЕРАСИМА. Кот ГЕРАСИМ выпадает из мешка. Падает. На застрявшую несколько ниже на лестнице КЭТ. Вцепляется всеми лапами в простыню, в которую кутается КЭТ. Тяжелый ГЕРАСИМ медленно стаскивает простыню с КЭТ…

-----------------

ПАНТЕЛЕЙ ФЕДОРОВИЧ, продолжая наслаждаться, вспоминает классика: - Чудна украинская ночь… Или тиха? Всё таки, пожалуй, тиха…

И в этот момент на ПАНТЕЛЕЯ ФЕДОРОВИЧА опускается и накрывает его с головой,  простыня. Та самая, которую кот сорвал с КЭТ. ПАНТЕЛЕЙ ФЕДОРОВИЧ замирает. Потом пробует развеять морок, движениями пловца в стиле «брасс». И тут по голове сторожа бьет «электронная книга» - её выронил СЫРЦОВ. От сотрясения, упав в траву, книга  включается и хорошо поставленным голосом читает:
«…Возьми кошку и ступай с ней на кладбище незадолго до полуночи – к свежей могиле, где похоронен какой-нибудь плохой человек, и вот в полночь явится черт, а может два или три: но ты их не увидишь, только услышишь, будто ветер шумит, а может, и услышишь ихний разговор. И когда они потащат покойника, ты брось им вслед кошку и скажи: «Черт за мертвецом, кот за чертом, бородавки за котом, - тут и дело с концом, все трое долой от меня!»

Тем временем на лестнице вышки КЭТ отбивается от ополоумевшего кота ГЕРАСИМА – ей в этом помогает СЫРЦОВ. Так что обомлевший ПАНТЛЕЙ ФЕДОРОВИЧ слышит голоса и соотносит их с голосом «электронной книги».

Голос СЫРЦОВА: - Тащи его…
Голос КЭТ: - Он цепляется ногами…
Голос СЫРЦОВА: - Тащи!

Сорвавшийся с лестницы вышки кот ГЕРАСИМ, истошно орет: - Мя-у! и…

…и плюхается на покрытую простыней голову сторожа. Срывает со сторожа простыню и уносится прочь.

Ополоумевший ПАНТЕЛЕЙ ФЕДОРОВИЧ: - Мама… -  истово крестится, - Ежи еси… На небеси… и святится имя твое… - снимает с плеча ружье и стреляет наугад, то ли в кота, то ли просто для острастки и от чувств… Стреляет и стреляет в белый свет как в копеечку!

В окнах детского лагеря вспыхивает свет.

----------------------

Часом спустя. КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА ЛАГЕРЯ. В кабинете СЫРЦОВ. На директорском столе холщевый мешок, электронная книга, маска для ныряния, оставшиеся сосиски. Дверь в КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА ЛАГЕРЯ приоткрыта и СЫРЦОВ слышит разговор, происходящий в предбаннике, между ДИРЕКТОРОМ ЛАГЕРЯ и МЕДСЕСТРОЙ.

ДИРЕКТОР: - Еще только этого не хватало?! Вы представляете, что случится если ЭТО случится?
МЕДСЕСТРА: - Я проверила: все нормально - давление, пульс, кардиограмма…
ДИРЕКТОР: - Нам доверили ребенка перед операцией, а мы его… угробим! Может быть, все-таки вызвать бригаду из города?
МЕДСЕСТРА: - Побойтесь Бога – зачем? Я дала Пишустиной успокоительное. До утра поспит в санчасти. Я присмотрю. Да нет, я думаю, я уверена – все обойдется.
ДИРЕКТОР: - Ну, Валерия Николаевна под вашу личную ответственность!

-----------------------

Дверь КАБИНЕТА ДИРЕКТОРА ЛАГЕРЯ открывается и входит ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ:

ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ СЫРЦОВУ: - Ну, так вот, Сырцов Николай!

-----------------------

СПАЛЬНЫЙ КОРПУС МАЛЬЧИКОВ. Свет погашен. Мальчики спят. Или делают вид, что спят. Входит СЫРЦОВ. Он крайне измотан. СЫРЦОВ тяжело садится на свою кровать…

ВИТЬКА, приподнявши голову с подушки, ехидно: - А это ты? Со свидания вернулся со своей лобмадой! Она тебе песни пела или как? Может ты ей? А то тут такая стрельба…

СЫРЦОВ, казалось только этого и ждал – он бросается на ВИТЬКУ.  Потасовка. Вскочившие со своих кроватей мальчики пробуют разнять дерущихся - тщетно. Вбегает ВОЖАТЫЙ КОСТЯ. ВОЖАТЫЙ КОСТЯ разнимает драчунов. У ВИТЬКИ «фонарь» под глазом.

ВОЖАТЫЙ КОСТЯ изумленно: - Опять Сырцов?!

----------------------------

Утро. Общее построение у ворот детского лагеря отдыха. Ребята разбиты на отряды во главе с вожатыми. (Ребята и вожатые, возможно, в скаутской форме и галстуках). Перед строем ребят ВОЖАТЫЙ КОСТЯ и представители лагерной администрации, в том числе ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ. И еще штук пять ребят лет двенадцати. Это РАЗВЕДКА.

ВОЖАТЫЙ КОСТЯ с рюкзаком в руке; - Повторяю – неизвестный м-м-м … террорист, похитил из штаба отряда важные документы. Бесценные. Наша задача найти м-м… негодяя и отобрать важные документы.

Скептические ухмылки и перешептывание в рядах ребят.

ВОЖАТЫЙ КОСТЯ; - И! Тихо! И отличившийся отряд может рассчитывать на… - к ДИРЕКТОРУ ЛАГЕРЯ; -  На что может рассчитывать отличившийся отряд, Валерий Павлович?
ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ; - На безмерное уважение… и бесплатное посещение аквопарка областного центра!

Радостное оживление и восклицание в рядах ребят.

ВОЖАТЫЙ КОСТЯ; - Разведка, м-м-м… повторите задачу!
РАЗВЕДКА; - Идти веером впереди отрядной колонны в поиске, наблюдать и докладывать!
ВОЖАТЫЙ КОСТЯ; - Выполняйте!

К ДИРЕКТОРУ ЛАГЕРЯ обращается АДМИНИСТРАТОР: - Валерий Павлович, к вам там родители…
ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ: - Опять! Скажите, что я занят, что я умер, в конце концов!
АДМИНИСТРАТОР многозначительно: - Это отец Сырцова.

РАЗВЕДКА бодрой трусцой, но организованно, убегает за ворота лагеря в леса.

ВОЖАТЫЙ КОСТЯ; - Лагерь! На-пра-во! Шагом марш! Николай Сырцов ко мне!

Отряды, выстроившись в колонну, уходят по лесной дороге. От колоны отделяется СЫРЦОВ и подходит к ВОЖАТОМУ КОСТЕ.

ВОЖАТЫЙ КОСТЯ, СЫРЦОВУ; - Будете идти в арьергарде. Замыкать будете отрядную колонну. Снабжать отставших, м-м-м… пропитанием, и… так далее будете. И смотри мне, Колька! Надеюсь не нужно напоминать в чём причина такого моего э-э… решения?
СЫРЦОВ уныло; - Не нужно…
ВОЖАТЫЙ: - Что не нужно?
СЫРЦОВ: - …Напоминать.
ВОЖАТЫЙ: - Правильно!

ВОЖАТЫЙ КОСТЯ протягивает СЫРЦОВУ рюкзак и пружинистым шагом догоняет уходящую колонну.
СЫРЦОВ напяливает, оказавшийся тяжелым рюкзак и пошатываясь бредет вслед за колонной, которая…

…которая скрывается за поворотом проселочной лесной дороги.

------------------------

В КАБИНЕТЕ ДИРЕКТОРА ЛАГЕРЯ, где скучает ПАПА СЫРЦОВА, входит ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ.

ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ: - Папа Николая Сырцова? Извините, что заставил ждать…
ПАПА СЫРЦОВА: - Да нет, это вы меня извините, что не смог приехать сразу. В чем собственно дело?
ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ: - Вы уже встречались с сыном?
ПАПА СЫРЦОВА: - Нет, не успел. Мне сказали - у вас сегодня какая-то игра. Поход, или что-то подобное.
ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ: - Да, что-то подобное… В том смысле, что освободится он часика через два … - в открытое окно, - Валентин Павлович, ну куда вы это тащите? Я же вам русским по белому – у столовой! – к ПАПЕ СЫРЦОВА: - Простите. На чем это мы… Ах, да – я просил вас приехать, чтобы обсудить поведение вашего сына.

--------------------------

СЫРЦОВ, согбенный под тяжелым рюкзаком, бредет в одиночестве по лесной дороге. Наконец сдается. Снимает рюкзак. Пинает его ударом каратэ. Хватается за ушибленную ногу.  Расшнуровывает горловину рюкзака – что там такое тяжелое? Вытаскивает банку с тушенкой. С сомнением разглядывает этикетку. Ставит банку на дорогу. Задергивает горловину рюкзака. Надевает рюкзак и некоторое время бредет. Но рюкзак, всё-таки, тяжел. Тогда СЫРЦОВ выставляет на дорогу еще одну банку, и опять бредет немного, но затем, через какое-то время, остановившись, выставляет еще одну банку, и этот маневр СЫРЦОВ повторяет несколько раз, так что его путь отмечен банками с тушенками…

Оставленную на дороге банку с тушенкой, обступают ноги в запыленных кроссовках…

Колька весело шагает по проселочной лесной дороге с заметно отощавшим рюкзаком, когда раздается:
ГОЛОС: - Стой! Руки вверх!

СЫРЦОВ останавливается, поднимает руки и слушает напряженной спиной.

ДРУГОЙ ГОЛОС; - Не двигаться! А то будет хуже!
ГОЛОС: - Дурак! Не хуже, а будем стрелять.
ДРУГОЙ ГОЛОС: - А я что сказал?
ГОЛОС: - Ты сказал «будет хуже».
ДРУГОЙ ГОЛОС: - Пусть отдаст пакет! Наверное в рюкзаке у него.
ГОЛОС: - Отдавай пакет!

СЫРЦОВ осторожно оглянулся – перед ним стояла РАЗВЕДКА.
САМЫЙ МЕЛКИЙ из РАЗВЕДКИ согнулся под тяжестью рюкзака.

СЫРЦОВ опуская нахально руки; - Я не террорист. Наоборот. Арьергард я.
Обладатель ГОЛОСА разочаровано; - Я этого пацана знаю… Это он вчера на линейке одному мальку «фонарь» засветил…

СЫРЦОВ приободрился.

Обладатель ДРУГОГО ГОЛОСА к СЫРЦОВУ: - Ничего подозрительного не заметил в пути?
Обладатель ГОЛОСА: - В дороге?
СЫРЦОВ, отрицая: - Абсолютно.
Обладатель ДРУГОГО ГОЛОСА; - Тогда я совсем не врубаюсь…
Обладатель ГОЛОСА: - Не понимаю…
Обладатель ДРУГОГО ГОЛОСА; - А я как сказал?
Обладатель ГОЛОСА: - «Не врубаюсь»…
Обладатель ДРУГОГО ГОЛОСА: - Вот теперь забыл что хотел сказать…
Обладатель ГОЛОСА СЫРЦОВУ: - Мальчик! По пути следования колонны мы подобрали восемь банок тушенки.
САМЫЙ МЕЛКИЙ РАЗВЕДЧИК: - Девять…
Обладатель ГОЛОСА: - Верно, девять… Так вот, номера на них совпадают с номерами банок с лагерного склада. О чём это говорит?

СЫРЦОВ сник, виновато зашаркал кроссовкой в дорожной пыли…

САМЫЙ МЕЛКИЙ РАЗВЕДЧИК выдавил; - Что террорист еще склад ограбил, а теперь таскай тут эту чертову тушенку…
Обладатель ДРУГОГО ГОЛОСА о СЫРЦОВЕ: - А с этим что делать?
Обладатель ГОЛОСА СЫРЦОВУ: - Продолжайте следовать маршрутом и проявляйте бдительность!

СЫРЦОВ отдал честь, развернулся и первые несколько шагов маршировал с вытянувшимся лицом. Когда он осмелился оглянуться, РАЗВЕДКА уже растворилась в лесу. СЫРЦОВ торопливо зарысил подальше от места преступления… Но далеко ему убежать не удалось. Потому что на обочине, под елкой сидела босая девочка КЭТ Пишустина. (Кэт одного с Колькой возраста или чуть мельче). Рядом с КЭТ стоят босоножки.

СЫРЦОВ КЭТ: - Опять?!
КЭТ выставила ногу: - Это не бородавка. Стерлось тут... босоножкой.
СЫРЦОВ: - Врешь ведь. Я по твоим глазам вижу. Я-ж тебя насквозь изучил, как дважды пять четыре!
КЭТ: - Это потому что я брюнетка, да?
СЫРЦОВ: - Ну, при чем тут голова?!

КЭТ выразительно вздохнула - Колька был хороший, но какой-то непонятливый. А СЫРЦОВ, между прочим, был как раз понятливый и поэтому потупился смущенно и уставился на натертую ногу КЭТ.

СЫРЦОВ: - Ладно. Чепуха. Босоножки надо оставить здесь, на видном месте. На обратной дороге подберу. Всё равно ведь я арьергард. И обязан всё подбирать. Всех… Не бойся Кэт, я с тобой!

КЭТ и СЫРЦОВ, оставив босоножки на обочине дороги, двинулись по дороге вместе…

------------

В кабинете ДИРЕКТОРА ЛАГЕРЯ.

ПАПА СЫРЦОВА: - Хорошо, я поговорю с сыном. Как вы говорите зовут эту девочку?
ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ: - Катерина Пишустина… Поймите меня правильно, ничего предосудительного в их отношениях я не вижу, но с другой стороны – девочке ложится на операцию. Её мама… я пообещал её маме, что девочка перед операцией отдохнет у нас – ну, сами понимаете природа, воздух, покой, а здесь вулкан страстей.  И еще эта драка вчера. Николай избил товарища…

ПАПА СЫРЦОВА достает сотовый телефон.

ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ: - Вы разве не знаете? Мы вне зоны доступа сети.
ПАПА СЫРЦОВА: - Да, но Колька… Николай мне звонил, и…
ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ: - У нас здесь бесплатная фиксированная связь. Уговорили спонсора… Так что вы прогуляйтесь по лагерю, скупнитесь в конце концов, а часика через полтора ваш сын вернется - тогда и поговорите с ним.

-----------------

По лесной дороге идут СЫРЦОВ и КЭТ.

КЭТ: - Прибежала разведка и вожатый Костя закричал; «Ищите банки!» Все сразу перешли на цепь и побежали!
СЫРЦОВ печально огляделся; - Ни фига они тут не найдут. Ни одной баночки. Пошли отсюда…

Дорога вышла из леса на красивую солнечную опушку. У КЭТ стало хорошо на душе и она запела;

КЭТ: -    Всегда она голодная,
Всегда она разутая,
Бредет по темным улицам
Собака беспородная…

Второй куплет СЫРЦОВ и КЭТ пели вместе:

В глазах слеза скопилася,
Ведь сердце в ней разбитое.
И по лицу печальному
На тротуар скатилася!!

КЭТ: - А когда я стану актрисой, знаешь как я буду пет? Все будут плакать.
СЫРЦОВ: - От смеха…
КЭТ: - Да? Я буду стоять вся в блестящей чешуе, а все на коленях; «Дайте, дайте автограф! Пожалейте!» А я; «Кто это там седой и лысый? Колька? Пропустите инвалида!»
СЫРЦОВ обиженно: - Кто это лысый? Сама ты, Пишустина, дура! Видел я по телеку таких, в чешуе. Мама говорит; «Селедка! Ни груди, ни бедер!»
КЭТ критически посмотрела на себя и сказала; - Как ты не понимаешь! Может ее опять муж бросил и она от страдания худеет…
СЫРЦОВ; - Фигушки фиг! Я, когда страдаю, наоборот жрать хочу… А муж её, тоже наверное лысый… Конечно, столько в уши визжать, тут не то что волосы, мозги повылазят…
КЭТ; - Визжать!? Петь! – и запела оглушительным дискантом:

- Не покидай меня любименький!!
Печальна жизнь мне без тебя!!

СЫРЦОВ взмолился: - Кэт, ты сейчас хоть не пой. Мы же арьергард. Всех прикрываем сзади. А ты орешь, будто тебя режут.

КЭТ потупилась. Отвернулась от СЫРЦОВА. На ресницах повисла слеза.

СЫРЦОВ сдаваясь: - Хочешь шоколадку?
КЭТ: - У-у… (в смысле – нет)

СЫРЦОВ молча достал из рюкзака шоколадку и предложил КЭТ. Но КЭТ её «не заметила».

СЫРЦОВ; - Ну хочешь я этому Витьке под второй глаз «фонарь» повешу?

КЭТ обречено вздохнула, взяла шоколадку, принялась есть и в этот момент раздался приближающийся топот ног.

СЫРЦОВ и КЭТ оглянулись – к ним бодрым аллюром приближалась РАЗВЕДКА.

СЫРЦОВ КЭТ тихо; - Не бойся Кэт, я с тобой! Это наша разведка… - РАЗВЕДКЕ заученно; - Я арьергард. Следую маршрутом.  Это Ксения Пишустина. Отставшая вследствие натирания ног.
Обладатель ДРУГОГО ГОЛОСА; - Ничего подозрительного? Никто тут не это…
Обладатель ГОЛОСА; - …не звал на помощь?
СЫРЦОВ; - Совершенно никто. А что?
Обладатель ДРУГОГО ГОЛОСА; - Террорист кажется взял заложника. Кто-то завизжал и…
Обладатель ГОЛОСА; - …и одни босоножки под елкой!
САМЫЙ МЕЛКИЙ РАЗВЕДЧИК отдуваясь из-под рюкзака; - Еще чертовы босоножки!
Обладатель ДРУГОГО ГОЛОСА СЫРЦОВУ; - Продолжайте движение.
Обладатель ГОЛОСА; - Двигайтесь по маршруту.
Обладатель ДРУГОГО ГОЛОСА; - А я что сказал?
Обладатель ГОЛОСА; - Ты сказал «движение»…

Переругиваясь РАЗВЕДКА ускакала в луга.

КЭТ СЫРЦОВУ; - Этот террорист такой подлый…
СЫРЦОВ уныло; - Ты не поверишь, но если заложник не ты, то я даже и не врубаюсь кто.
У КЭТ вытянулось лицо: - Глупости. Как это?
СЫРЦОВ; - Все запуталось, Кэт. Разведка обалдела и бегает не в тех направлениях. И ищет тебя. Потому что это мы оставили твои босоножки под елкой. А потом ты еще пела, а они подумали, что заложника уже режут.
КЭТ обиженно; - У них совершенно нет слуха…  
СЫРЦОВ: - Плевать на слух. Главное, что меня выгонят из лагеря, если узнают подробности. Это ж только подумать, весь лагерь целый день бегает не там и не туда. И идет цепью… - Колька, восклицая сокрушенно; - Я им всем вместо террориста поперек горла!
КЭТ: - Знаешь, Коля, зачем ты тогда тащишь этот рюкзак? Всё равно ты уже поперек горла. Брось его тут. Пусть разведка таскает, чтоб заодно уж…
СЫРЦОВ: - И то верно… -

СЫРЦОВ  положил рюкзак на обочину.

Дорога взобралась на холм…
…с которого ребята увидели речку. На противоположном её берегу, рядом с деревушкой, паслись коровы. На этом берегу сидел, сунув босые ноги в воду, РЫБОЛОВ. Ему лет шестьдесят. Он довольно тучен. Он сидит и удит рыбу.
Ребята приблизились к РЫБОЛОВУ…

СЫРЦОВ РЫБОЛОВУ: - Клюет?

РЫБОЛОВ оглянулся: - Ну, наконец-то! – и стал сматывать удочку: - Ну и где вы шляетесь? Черт… Полторакин обещал арестовать не позже часа, а сейчас сколько? А? Сколько, я вас спрашиваю? – РЫБОЛОВ постучал по циферблату часов.

– Где вас носило?!

Ребята растерянно уставились на РЫБОЛОВА.
На дороге загрохотало и в облаке пыли подъехал МОТОЦИКЛИСТ.

МОТОЦИКЛИСТ: - Все еще шпионишь, Петрович? - спросил он, снимая шлем.
РЫБОЛОВ: - Представляешь, Леопольдович, эти шалопаи только заявились. Нужно быть круглым идиотом, простите, чтоб столько времени меня искать.
МОТОЦИКЛИСТ: - Ага, - и рассмеялся, - вредный вы старик. Я же говорил - не связывайтесь с Полторакиным.
РЫБОЛОВ: - А вы куда?
МОТОЦИКЛИСТ: - Опять рейс на Свессу открыли... Ну ладно, если что, отстреливаясь, уходите в Баден-Баден… – и, зарычав мотором мотоцикла, укатил.
РЫБОЛОВ, СЫРЦОВУ И КЭТ: - Ну, довольно играть в моргалки. В эти… в глазелки. Вот документик примите и давайте уже пойдем!

РЫБОЛОВ из-за пазухи извлек большой конверт и протянул ребятам. СЫРЦОВ неуверенно взял его.

РЫБОЛОВ, кряхтя, обуваясь; - Ну? Открывай письмо или мы до полуночи тут будем торчать?

СЫРЦОВ вскрыл конверт. Извлек из него бумажный лист…
…на котором было написано; «Предъявитель сего документа, действительно является террористом. Заверяю – директор лагеря Полторакин». Печать. Подпись.

СЫРЦОВ: - Так вы что… тот самый террорист что ли?!
РЫБОЛОВ; - А то. Террорист я. Бандит, шпион, и этот… стервятник.

КЭТ вытаращила глаза на РЫБОЛОВА.

СЫРЦОВ: - Тогда это… Руки вверх!
РЫБОЛОВ: - Дошло наконец… - иронически, - «Руки вверх»! А ружье-то где?
СЫРЦОВ: - Что?
КЭТ СЫРЦОВУ: - Ружье! – и тихо, - Все обязательно полопаются от зависти… Представляешь какая будет благодарность?! Никто и не вспомнит что ты Витьке в глаз заехал!

СЫРЦОВ воодушевился от этого замечания, огляделся и поднял с земли довольно приличную дубину. И взял её на изготовку.

РЫБОЛОВ: - Предлагаю вот так идти – вдоль берега. Короче. А?

И РЫБОЛОВ не дожидаясь ответа двинулся по тропе. Тропа вела вдоль берега сквозь бурьян. Ребята следом. СЫРЦОВ шел,  направляя «ружье» в спину РЫБОЛОВА.

КЭТ тихо СЫРЦОВУ: - Коль, он заведет нас в логово…
СЫРЦОВ КЭТ: - Не бойся Кэт, я с тобой…
КЭТ СЫРЦОВУ перепуганным шепотом: - И прирежет…

Но СЫРЦОВ распираемый предвосхищением будущей славы, отмахнулся.
РЫБОЛОВ расслышал последнюю реплику, оглянулся и озадаченно поглядел на КЭТ.

КЭТ СЫРЦОВУ еще испуганнее: - Или заблудит…

РЫБОЛОВ расслышал и эту реплику и удивленно ухмыльнулся. Естественно ни КЭТ и СЫРЦОВ не заметили этой гримасы, так как шли позади РЫБОЛОВА.

КЭТ СЫРЦОВУ замирая от ужаса; - Или возьмет заложниками…
СЫРЦОВ вдруг вспомнил; - Да! А скажите нам… гражданин, когда это… вы брали заложников, они визжали? Или как?

КЭТ с ужасом поглядела на бесстрашного СЫРЦОВА.

РЫБОЛОВ оглянулся на ребят, зловеще ухмыльнулся и на ходу; - Как же не визжали. Еще как визжали. Вот ты девочка из какого отряда?
КЭТ: - Из седьмого.
РЫБОЛОВ: - Седьмого? – и стал загибать пальцы, - Второй, третий… Ну да, действительно это был седьмой. Чудовищно визжал весь отряд. И особенно этот долговязый!

СЫРЦОВ и КЭТ напряженно переглянулись.

КЭТ: - Вожатый Костя?
РЫБОЛОВ: - Именно Костя. Теперь они все это… - РЫБОЛОВ зловеще присвистнул, - … в этом. В Баден-Бадене заложниками.

И РЫБОЛОВ страшно цыкнул зубом.

СЫРЦОВ напряженно улыбнулся: - Вы шутите?
РЫБОЛОВ: - Когда я шучу, некоторые плачут. И первым будет плакать кто?
СЫРЦОВ ошарашено; - Кто?
РЫБОЛОВ: - Директор Полтаракин.
КЭТ; - По-почему?
СЫРЦОВ, не веря ушам; - Директор лагеря, Валерий Павлович?
РЫБОЛОВ; - Он самый. Директор Валерий Павлович.  Мало денег дал… Сиди тут за стольник на жаре террористом… дожидайся пока какой-нибудь оболтус на тебя наткнется, чтобы взять его в заложники. Вот вы наткнулись, и…

РЫБОЛОВ осекся…
… потому что СЫРЦОВ, сам не понимая, что делает, поднял «ружье» и треснул им…
… по затылку РЫБОЛОВА.
…Бандит рухнул в бурьян.
…СЫРЦОВ и КЭТ бросились на утек. «Ружье», естественно, уронили на месте «преступления».
Отбежав немного, выбравшись из бурьяна, ребята остановились.

КЭТ: - Коля, ты его убил!!
СЫРЦОВ схватился за голову: - Молчи, Кэт, молчи…
КЭТ: - Ты его убил…

КЭТ побелела и стала медленно оседать на землю.

СЫРЦОВ поддерживая КЭТ и опуская ее на землю, испуганно; - Ты что, Пишустина?! Мама… Ты чего?! Тебе плохо?!

СЫРЦОВ в панике оббежал вокруг КЭТ. Но вокруг никого. Только террорист недобитый бродит где-то.

СЫРЦОВ, бросаясь к КЭТ и тряся ее за плечи; - Пишустина!! Катька! Катя!
КЭТ; - Не кричи… У меня голова что-то вертится…
СЫРЦОВ радостно: - Голова! Это ерунда, голова!
КЭТ: - У меня тогда нога не натиралась – я специально, чтоб вместе…
СЫРЦОВ: - Знаешь что! Тебе знаешь о чем сейчас надо думать?! А ты о чем?

И в этот момент из бурьяна показался РЫБОЛОВ.  Довольно грязный. И злой. С ссадиной на голове.

СЫРЦОВ оглядываясь по сторонам; - Не бойся, Кэт, я с тобой… - и решительно шагнув навстречу бандиту; - Стойте! А то опять будем стрелять!
РЫБОЛОВ раздраженно; - Мальчик, ты совсем дурак?! Или без чувства юмора?! Я пошутил, а ты идиот?!
СЫРЦОВ; - Лучше, пожалуйста, не двигайтесь. Вам же лучше будет.
РЫБОЛОВ захлебнулся от возмущения; - Ты на кого это кричишь?! Завтра же чтоб родители здесь стояли! Тут! Я им покажу как воспитывать сына! И детей!
СЫРЦОВ жалостно; - Дяденька, погодите… Сейчас… Секундочку…

СЫРЦОВ торопливо огляделся, метнулся вправо, высматривая в траве, влево…

РЫБОЛОВ, чуть успокаиваясь и заинтригованный Колькиными действиями; - Ишь босяк! Это ж надо – палкой по голове!
СЫРЦОВ; - Ну вот… - с огромным трудом приподнимая с земли, и беря на живот, трухлявую корягу, полуистлевший пень;  - Теперь не бойся, Кэт… Теперь если что… - пыхтел СЫРЦОВ, увлекаемый тяжелой корягой в разные стороны.
РЫБОЛОВ побагровел от такой наглости; - Ш-ш-што это? Прекратите это безобразие немедленно!

Но СЫРЦОВ уже не мог прекратить. Коряга окончательно вышла из-под контроля. СЫРЦОВ запнулся за кочку и уронил пень на ноги РЫБОЛОВУ. Тот неловко плюхнулся на землю.

РЫБОЛОВ снимая с себя пень, вкрадчиво; - Деточка… ты что сдурело? Я понарошку, а ты? Или вы кто? Откуда вас выпустили? Из какого лагеря?
СЫРЦОВ; - Дяденька… Извините, дяденька… Вас Кэт боится… Вам… вы там лучше сидите, неподвижно, пожалуйста.

РЫБОЛОВ сунул под нос СЫРЦОВУ фигу и встал.

РЫБОЛОВ; - Сам сиди со своей радисткой.
КЭТ СЫРЦОВУ; - С кем?
СЫРЦОВ КЭТ; - Это из Штирлица… - и смущенно улыбаясь шагнул к бандиту, - Мы не поняли вашего юмора…
РЫБОЛОВ попятился не решаясь оборачиваться к ребятам спиной; - Стоять! Этот кошмар у вас больше не повторится! Всем уши открутить и выбросить. На торжественной линейке! Чтоб вас черт побрал с вашей игрой! А еще пионеры! Все! Пока!
СЫРЦОВ; - Как прощайте? А пакет? Вы же шпион!

РЫБОЛОВ молча показал СЫРЦОВУ фигу и быстрым шагом бросился прочь.

КЭТ подвела черту; - Заблудил!
СЫРЦОВ и моментально ожившая КЭТ бросились за РЫБОЛОВОМ вдогонку, однако не решаясь приближаться вплотную.

СЫРЦОВ доброжелательно; - Дяденька! Не бойтесь нас! Мы свои! Мы уже давно не пионеры!
КЭТ жалостно; - Мы добрые!

РЫБОЛОВ первым достиг берега реки, забрался в лодку и взялся за весла.

КЭТ соблазняя, но уже безнадежно; - Мы добрые…
СЫРЦОВ; - Да ладно тебе, Кэт! Пусть плывет. Не бойся, я же с тобой!  – И раздражаясь; - А то, что вас Кэт испугалась, вам наплевать! Ага? Да? У вас юмор, а я… а она… У вас шишечка, а у нее… Ага?! Как искусственное дыхание делать так вас нету, а как из кустов вылазить, так вы тут! – и обиженно отвернулся от берега; - Ну его, Кэт, сами дойдем… Не помрем…

РЫБОЛОВ устало, и доставая из кармашка таблетку, и кладя её под язык; - Эй, конвой, черт с вами, так и быть, уговорили.

Садись довезу…

--------------

В КАБИНЕТЕ ДИРЕКТОРА ЛАГЕРЯ.

ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ разговаривает по телефону с МАМОЙ ПИШУСТИНОЙ: - Ну, что вы Анжелика Петровна… Анжела – стоит ли так волноваться? Я вас… тебя уверяю, девочка под надежным присмотром. С ней ничего не случится.

В КВАРТИРЕ МАМЫ ПИШУСТИНОЙ.  МАМА ПИШУСТИНОЙ разговаривает по телефону, а ИРИНА МИХАЙЛОВНА (бабушка КЭТ – ей порядка сорока восьми лет), рассматривает модный журнал.

МАМА ПИШУСТИНОЙ в трубку: - Валерий Павлович… Валера, я всегда знала, что могу на вас… на тебя положится.

Спасибо, тебе. Поверь, если бы операцию так срочно не перенесли, я бы оставила девочку до конца смены. Что? Мама приедет. Да. На машине. Когда выезжает? Сегодня выезжает. Дорогу?
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Дорогу знаю. Между прочим, в Пироговку Катьку отвозила я. И бензина хватит. И аварии не случиться. И ехать я буду медленно. И прекрати Анжелка, паниковать.
МАМА ПИШУСТИНОЙ: - Если бы мне не в аптеку… Что? Это я не тебе. Кстати, что там наш Сырцов? Не доставал Катьку? Ах, они в разных отрядах. Спасибо. И в разных корпусах… Замечательно. Лучше бы на разных планетах. Ну, договаривались - Ирина Михайловна выезжает… - ИРИНЕ МИХАЙЛОВНЕ, - Мама, ты когда выезжаешь?
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Кто? Я?
МАМА ПИШУСТИНОЙ: -  Господи, ты-ты!
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Господи, ты уже спрашивала - не-мед-ленно. Анжела, прекрати истерику! Всё будет нормально. Ты же меня знаешь!
МАМА ПИШУСТИНОЙ: - Вот именно поэтому, мама!

---------------------

Лодка на реке. В лодке РЫБОЛОВ, СЫРЦОВ и КЭТ. По неуверенным манипуляциям с веслами и по тому, что лодка плывет боком, понятно, что РЫБОЛОВ новичок в гребле.

РЫБЛОЛОВ несколько испуганно: - Где тут у нее что?
СЫРЦОВ настороженно: - Как это где?
РЫБОЛОВ: - Ну, это... руль или что? - и вдруг обреченно и решительно ткнул весло в воду. Лодка дернулась и стала крутиться вокруг весла. Теперь РЫБОЛОВУ хотелось весло вытащить, но оно застряло и не вытаскивалось. Лодка опасно накренилась.

СЫРЦОВ, поспешно: - Я плаваю не очень!
РЫБОЛОВ тянул весло и смущенно улыбался:- Здесь ил...  здесь очень дно топкое. Присосалась скотина!
КЭТ ужаснулась: - Пиявки?!
СЫРЦОВ: - Не бойся, Кэт! – РЫБОЛОВУ: - Дяденька, бросьте, пожалуйста, весло!
РЫБОЛОВ: - Нет!Лодка еще больше накренилась.

СЫРЦОВ: - Выкиньте свое идиотское весло!Но тут, к счастью, РЫБОЛОВ выдернул-таки весло из ила. Окатив сидящих с головы до ног водой, РЫБОЛОВ радостно объявил:- Я вообще-то лет сорок не греб. И лодка чужая. Не моя. А ты так сразу - "весло выкиньте"!

КЭТ тут же сползла с лавки на дно и вцепилась в борта. Так она чувствовала себя в большей безопасности.

КЭТ: - А мы не потонем?
РЫБОЛОВ: - Глупости,  Научиться грести - плевое дело... говорят. А я давно мечтал об этом, только не доводилось...
СЫРЦОВ: - Поздравляю, - и на четвереньках переползая через мокрую КЭТ. - Нужно было сразу предупредить.
РЫБОЛОВ: - Что за панические настроения, ей богу. Раз - берем еще одно весло, два - вставляем оба в уключины. Устраиваемся поудобнее. Три!

КЭТ зажмурилась. Но, как ни странно,  неожиданно для всех и, кажется, для РЫБОЛОВА тоже движение лодки приобрело правильность.

Лодка плывет по реке,  КЭТ лежа на корме, едва касается поверхности воды ладонями, и гладит её. Речка узкая как проселочная дорога. В заводях кувшинки. Лохматые от зарослей берега…

РЫБОЛОВ, задумчиво улыбаясь; - Эх… жалко…
СЫРЦОВ; - Ну мы же уже извинились!
РЫБОЛОВ; - Что? А! Нет. Я не об этом. Просто жалко и всё.
КЭТ догадалась о чем речь; - Ведь всегда можно вернуться завтра. Вам-то? Запросто.

РЫБОЛОВ поглядел на КЭТ: - Думаешь? -  улыбнулся и достал из кармана и положил под язык таблетку…

РЫБОЛОВ: -  Хорошо посередине лета плыть на лодке. Только грести плохо.
СЫРЦОВ: - Был бы мотор, мы бы здесь пронеслись...
КЭТ: - Или хоть парус, как на море…
РЫБОЛОВ: - Пароход бы сюда… Эх, весело, должно быть, на пароходе. Утопая в крутой волне, по ватерлинию!
СЫРЦОВ: - Тогда лучше сразу в каюте…
КЭТ воодушевляясь: - Там как раз обед раздают, Мы лежим на палубе в этих... на краю бассейна. Вы… – к РЫБОЛОВУ: -

…в черных очках и шляпе... Тьфу - в плаще!
РЫБОЛОВ: - В плаще жарко,
КЭТ: - Да вы что? Вы же террорист! То-то. Колька, а в чем ты хочешь лежать?
СЫРЦОВ: - В кровати. Дома. И чтоб будильник на одиннадцать.
КЭТ: - Я серьезно, а ты...  Ну, не знаю,  а я лично в голубом купальнике. Как в "Бурде". Чтоб только здесь и здесь. А здесь нет. И застежка здесь. Или все-таки завязка? Да, завязка!
РЫБОЛОВ: - Потрясающе,
СЫРЦОВ: - Обед-то будет когда-нибудь? Застежка, завязка...
КЭТ: - Ну вот, подходят к нам официанты в белом. А я: "Прошу шницели! И это..."
РЫБОЛОВ - И пиво! Только очень холодное. К пиву еще хороши раки. Но я не настаиваю. Ради бога, если сейчас и холодное, то можно без раков.
СЫРЦОВ: - Бефстроганов! Это мясо. И окрошку!
РЫБОЛОВ: - Пива!
КЭТ: - Зачем вам весь этот алкоголь?
РЫБОЛОВ обиделся: - Как это... Да я за пиво... Забирайте всё! Пароход забирайте. Паспорт. С пропиской.
КЭТ: - Вы, наверно, алкоголик? Которых показывают по телевизору.
РЫБОЛОВ: - Я не такой! Но пиво, пиво я люблю.
КЭТ: - Так уж и быть, оставляем вам пиво.
РЫБОЛОВ: - ...И вот они плывут на пароходе... В шляпах и застежках... Пьют свежее пиво,  А мы, как дураки, за бортом ишачим. Да-а, но красиво врать не запретишь.

КЭТ опять улеглась на корме и принялась гладить воду. На воде играли радужные пятна. Это солнце светило сквозь листья деревьев.

КЭТ: - А меня на операцию кладут. Сразу после лагеря.
СЫРЦОВ: - Да ладно тебе, может, еще не покладут.
КЭТ: - Да я ничего, А то жалко, нигде не была, ничего не видела. Вот ты на море, в Крым, летал, а я даже никогда не летала.
СЫРЦОВ: - Па-адумаешь море... Жара, медузы и камни. Ха, море...
КЭТ: - Да-а, камни...  А как в самолете бесплатно колу раздавали? Сам хвастался... И как главный летчик говорил: "Я вас приветствую! Я командир первого класса. У нас случайно отпали шасси, но мы все равно долетим". И как все испугались, кроме тебя?
СЫРЦОВ: - Па-адумаешь, самолет, - и смущенно покосился на РЫБОЛОВА. - Крылья, колеса и все спят.
КЭТ: - Да-а, крылья... - Кэт гладила руками воду.  И желтые цветы, кувшинки, степенно наклоняли свои венчики. Из воды выпрыгнула рыба. Мелькнула серебристым животом на солнце - и только круги побежали...

РЫБОЛОВ оставляя весла и берясь за грудь. Он явно чувствует себя неважно.

СЫРЦОВ: - Вам плохо?
КЭТ: - У вас болит?
РЫБОЛОВ: - Что? А, это… Все нормально. Просто мы приплыли.
СЫРЦОВ огляделся: - Как? Куда?
РЫБОЛОВ, направляя лодку к берегу: - Доверьтесь бандиту и вы через десять минут будете дома.

КЭТ и СЫРЦОВ взобрались вслед за пыхтящим РЫБОЛОВОМ по обрывистому берегу и увидели поле, небольшую тополиную рощу неподалеку, дощатый сарай, рядом с которым уныло болтался на безветрии полосатый аэродромный колпак.

РЫБОЛОВ:  - Пошли? Только, вы там про лодку не заикайтесь. Это его посудина. Я потом сам. И вообще, лучше вам молчать. Его еще уговорить нужно, чтоб он нарушил инструкцию. Ясно?
КЭТ: - Нарушать все-таки как-то...Вот в нашем классе...
РЫБОЛОВ: - В классе? Ах,  это… Ну, он, слава Богу, двоечник.
СЫРЦОВ наблюдая взмокшую спину РЫБОЛОВА, устало и тихонько: - О, если б знала голова, куда идет её нога…

Перед будкой на земле стояло три пустых ящика. На одном лежали ноги, на другом голова, на среднем покоилась остальная часть тела. На голове топорщилась газета. Да, это был МОТОЦИКЛИСТ Леопольдович, человек, которого нужно было уговаривать.

РЫБОЛОВ: - Подъем!

МОТОЦИКЛИСТ сел, хищно зевая и с интересом поглядывая на ребят.

МОТОЦИКЛИСТ: - А, это вы… Представляете,  кошмарное сновидение! На борту террористы.  Клацают затворами автоматов: "Курс на Баден-Баден»! У меня английское произношение хромает, ну кроме что этой фразы "ай лав ю"! А они – лети, пристрелим. Ну ладно, что делать, запрашиваю диспетчера по-английски: "Ай лав ю?" А оттуда мне на чистом русском такое!
РЫБОЛОВ: - Этот дядя вешает нам лапшу на уши…
КЭТ: - Лапша?… - она сглотнула. - В лагере сейчас обед…
РЫБОЛОВ: - Подождите нас здесь. - И МОТОЦИКЛИСТУ: - Ну-ка, юноша, на два слова.

И РЫБОЛОВ с МОТОЦИКЛИСТОМ удалились в будку.

-----------------------------


В КАБИНЕТЕ ДИРЕКТОРА ЛАГЕРЯ, ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ и ВОЖАТЫЙ КОСТЯ.

ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ: - Ну как же так Костя! Именно Сырцов и именно Пишустина!
ВОЖАТЫЙ КОСТЯ: - Сам не понимаю, куда они могли деться. Деревенские видели их в компании Петровича…
ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ: - Ну, с этого бы и начинали! – и в окно, - Куда вы опять её тащите, я же вам русским по русскому… Да! На спортивную площадку! – к ВОЖАТОМУ КОСТЕ: - Петрович – мужик надежный. Наверное, решили срезать путь. Так что давай, Костя, подождем…  - в окно, - Валентяйкина! Прекрати безобразничать! Кто начал первым? А ты будь умнее!

--------------

Поле, будка… СЫРЦОВ, КЭТ. Из будки выходят РЫБОЛОВ И МОТОЦИКЛИСТ.

МОТОЦИКЛИСТ, РЫБОЛОВУ: - Ты из меня сделаешь нервного! – и удаляется за будку.
РЫБОЛОВ, глотая таблетку и устало ребятам: - Уломали небесного тихохода. Летим. Без лимонада, но шасси, наверно, отвалятся.
КЭТ: - На самолете! Ура!

И тут за тополями, за будкой, куда ушел МОТОЦИКЛИСТ, раздалось: ти-и-и... ти-и-и-и... ти-тах-ах-бах!!! - и просто: р-р-р!

Подул ветер. Полетели кубарем листья. И на поле выехал самолет. АН-2. С грохотом распахнулась тонюсенькая дверца, и на землю упала железная лесенка.

МОТОЦИКЛИСТ в дверном проеме самолета: - Прошу, занимайте места!
СЫРЦОВ с сомнением: - Не бойся Кэт, я с тобой…
КЭТ: - А я и не боюсь!

РЫБОЛОВ и СЫРЦОВ с ужасом, а КЭТ с восхищением,  наблюдают, как РЫБОЛОВ закрывает дверь самолета и, как та всё не закрывается. И тогда РЫБОЛОВ так грохнул дверью, что самолет задребезжал. КЭТ зааплодировала.
РЫБОЛОВ И СЫРЦОВ переглянулись…

МОТОЦИКЛИСТ, КЭТ: - Вот каких пассажиров я люблю! – приосанился: - Уважаемые пассажиры! Наш полет будет проходить на высоте двести метров, со средней скоростью триста километров. Прошу всех держаться!

МОТОЦИКЛИСТ ушел в пилотскую кабину - самолет разогнался по полю и взлетел.

В хвосте «салона» самолета ужасно дребезжала пустая бочка и некие железяки.

КЭТ у открытой дверцы пилотской кабины к МОТОЦИКЛИСТУ: - А шасси вы уже откинули?
МОТОЦИКЛИСТ: - Откинули!
КЭТ: - Ура! - обрадовалась КЭТ. - Ты слышал, Колька? А еще хвастался. У нас тоже колеса отвалились.
РЫБОЛОВ: - Господи…

РЫБОЛОВ и СЫРЦОВ смотрели на Кэт, умоляя её о пощаде…

МОТОЦИКЛИСТ, повернувшись к пассажирам: - Друзья! Полет протекает хорошо. Температура воздуха за бортом - двадцать семь градусов выше нуля...
СЫРЦОВ, жалобно: - Вы на дорогу будете смотреть когда-нибудь или как?
РЫБОЛОВ прошептал уже достаточно побелевший: - Действительно, ты нас угробишь, Леня, со своими объявами...
МОТОЦИКЛИСТ: -  Ты же сам просил, чтоб  как в "боинге"... Расслабься, Петрович! Скорая уже в аэропорту!
СЫРЦОВ: - Зачем?
КЭТ МОТОЦИКЛИСТУ: - А если у самолета кончится бензин, тогда как?
МОТОЦИКЛИСТ: - Искусство пилотажа! Помню вот тоже, летал в Неплюево и у меня закончился бензин, так я так ка-ак…
РЫБОЛОВ: - Леня, я тебя умоляю!
МОТОЦИКЛИСТ: - …одним словом, приземлился.
КЭТ МОТОЦИКЛИСТУ: - А если загорится мотор, тогда как?
МОТОЦИКЛИСТ: - Ну, как-как – искусство пилотажа! Вот помню тоже загорелся у меня мотор, когда опять летел в Неплюево и… - глянул на зеленые лица СЫРЦОВА и РЫБОЛОВА, -…загорелся и потух.

------------------------

ИРИНА МИХАЙЛОВНА едет в своей машине по шоссе. Проезжает мимо дорожного знака со стрелкой «ПИРОГОВКА – 15 км» вдруг натыкается на импровизированный шлагбаум. На нём фанерка с надписью «РЕМОНТ ДОРОГИ», рядом указатель-стрелка с надписью «ОБЪЕЗД». ИРИНА МИХАЙЛОВНА остановив машину у шлагбаума, выбирается из авто.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Что-то новенькое… - и запрокинув голову наблюдает низко летящий АН-2. Проводив взглядом самолет ИРИНА МИХАЙЛОВНА садится в авто и подчиняясь знаку «ОБЪЕЗД» съезжает с шоссе на грунтовку…

-------------------------------

Самолет АН-2  запрыгал по лугу навстречу черепичным крышам дачного поселка. На «полосе» - машина «скорой помощи».
СЫРЦОВ, КЭТ покинули самолет. За ними МОТОЦИКЛИСТ помог спуститься РЫБОЛОВУ.

РЫБОЛОВ МОТОЦИКЛИСТУ прошептал: - Спасибо, Леня. Все было замечательно. Просто как в "боинге". Эй, конвой… До встречи!

МОТОЦИКЛИСТ, СЫРЦОВ и КЭТ со стороны наблюдают как РЫБОЛОВА ВРАЧИ рядом со «скорой», укладывают на носилки, ставят капельницу…

МОТОЦИКЛИСТ: - Вот тебе и террорист…
КЭТ: - Что с ним?
МОТОЦИКЛИСТ: - Сердчишко барахлит…

-------------------------

РЫБОЛОВ окликает СЫРЦОВ: - Эй, Коля… иди сюда.

СЫРЦОВ приближается к РЫБОЛОВУ и протискивается между суетящимися врачами.

РЫБОЛОВ: - Слушай… Это с твоей подружкой серьезное что-то?
СЫРЦОВ: - На операцию кладут… А она боится. Вы простите, что я... что вас…
РЫБОЛОВ: - Брось! Ты думаешь из-за той беготни? Давно барахлило сердчишко… А так, славный выдался денек! А? Отметить бы его… Слушай, на возьми – на память.

РЫБОЛОВ протягивает СЫРЦОВУ пилотскую эмблему – птицу.

ОДИН ИЗ ВРАЧЕЙ: - Ну, всё-всё, поехали-поехали!

------------------------

МОТОЦИКЛИСТ и КЭТ со стороны наблюдают, как РЫБОЛОВ и СЫРЦОВ разговаривают.

МОТОЦИКЛИСТ КЭТ: - Ну, все мне пора! Вам туда! – указывает на проселочную дорогу, - Тут до лагеря километра четыре. Дойдете? Проводил бы, да не на кого птичку свою оставить, да времени нет. Так что, держи краба…

МОТОЦИКЛИСТ жмет руку КЭТ и забирается в самолет. Тем временем возвращается СЫРЦОВ. Ребята наблюдают как в одну сторону рулит самолет, а в другую уезжает «скорая». И становится тихо…

КЭТ: - Какой, всё-таки сегодня длинный день… - и вдруг замечает вдалеке на дороге  машину ИРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ. –  Бабушка?! Колька, это бабка моя!

КЭТ бросается вслед за машиной. СЫРЦОВ за КЭТ. Но тщетно – машина скрывается за поворотом.

-------------------------

В КАБИНЕТЕ ДИРЕКТОРА ЛАГЕРЯ. ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ, ПАПА СЫРЦОВА, ВОЖАТЫЙ КОСТЯ.

ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ: - Если бы ребята были одни –  был бы повод для беспокойства! Но Громов Валентин Петрович – это… Да, я его знаю сто лет. Военный летчик в отставке - выдержка, ответственность!
ВОЖАТЫЙ КОСТЯ: - Я даже не сомневаюсь - это Сырцов опять учудил! Как с этими банками, которые наша разведка…
ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ: - Да погодите вы своими банками! Действительно, о Сырцове я как-то не подумал. Черт! Придется звонить в милицию, а не хотелось бы. Нам такая реклама ни к чему…
ПАПА СЫРЦОВА: - Стоп! Целый день только и слышу – Сырцов, Сырцов… А что собственно Сырцов? Мне говорят - с девочкой дружит, у которой операция? Но ведь дружит, а не колотит! Вы меня сорвали с работы, выдернули сюда, только лишь для того, что бы что? Чтобы сказать парню, чтобы он не сильно волновал свою подружку, эту Кэт? А, по моему это бред. В конце концов, кто здесь педагог? Подрался с кем-то… И за это он схлопочет, но я знаю сына – зря
драться он не будет. Между прочим, Колька победитель математической олимпиады и чемпион Октябрьского района по карту.
ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ: - По вашему, я похож на паникера? Черт, да я похож на паникера – вы знаете, что это такое триста детей под присмотром? Я не хотел вам говорить, но… Хорошо, Костя, расскажите про кота.

ВОЖАТЫЙ КОСТЯ жестикулируя, весьма эмоционально, рассказывает.

И мы видим происходящее, в стиле немого кино, гипертрофированно, с титрами и характерной для немого кино, подзвучкой.

Мы видим ночной лагерь. Все спят. Только таинственная, закутанная в простыню и с мешком за плечами фигура, (это СЫРЦОВ) перебегая от сосны к сосне, крадется. Спит ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ, гримасничая во сне. Спят детишки, дружно, словно по команде переворачиваясь с боку на бок. Сложив ладошки под щеку, спит ВОЖАТЫЙ КОСТЯ. Спит девочка Пишустина.
Злодей СЫРЦОВ вламывается в спальню и вырывает из благостного сна КЭТ. И предлагает ей следовать за собой. КЭТ, драматически заламывая руки, отказывается. СЫРЦОВ тычет ей под нос кулак. КЭТ сдается и, закутавшись в простыню, жертвенно бредет за СЫРЦОВЫМ. Натыкаясь на деревья, шарахаясь от страшных теней и кричащих филинов.
На берегу реки СЫРЦОВ достает из мешка кота. Кот отбивается, царапается… Но, чу! СЫРЦОВ настораживается, сует кота в мешок и заставляет КЭТ вскарабкаться по лестнице вышки с которой лесничие любуются лесными пожарами. Не напрасно насторожился СЫРЦОВ – на берег реки выходит благородный старик с ружьем – НОЧНОЙ СТОРОЖ. Любуясь закатом и довольно крякая, как бы приободряя себя, НОЧНОЙ СТОРОЖ закуривает сигарету и в этот момент СЫРЦОВ спрыгнув с вышки корчит сторожу страшные рожи, пугает сторожа котом и бьет его по голове мешком, отчего сторож принимается палить из ружья…
В окнах домов зажигается свет. Все вскакивают на ноги…

Мы вновь в КАБИНЕТЕ ДИРЕКТОРА. ПАПА СЫРЦОВА гримасничает, пытаясь удержать трагическое выражение на лице.

ВОЖАТЫЙ КОСТЯ взволнованно запивает рассказ водой из графина.

ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ: - Вот вам смешно, а Пантелей Федорович… Это наш ночной сторож…  так вот он полностью утратил дееспособность.
ПАПА СЫРЦОВА: - То есть?

ВОЖАТЫЙ КОСТЯ, оглядевшись, шепнул на ухо ПАПЕ СЫРЦОВУ.

ПАПА СЫРЦОВА: - А-а…
ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ: - Не пил четыре сезона.
ПАПА СЫРЦОВА: - Но, при чем здесь кот?
ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ: - Вы Тома Сойера читали?
ПАПА СЫРЦОВА: - Читал. Когда-то. Но, простите, не улавливаю связи.
ВОЖАТЫЙ КОСТЯ: - Детские предрассудки… При помощи ритуала с котом описанного в книжке, ваш сын хотел излечить Пишустину, так как она боится предстоящей операции. А так, как дохлого кота ему найти не удалось, Сырцов похитил с кухни живого. Накормил его до полусмерти, так что поллагеря осталось без ужина…
ПАПА СЫРЦОВА: - Бред. Хотя у меня тоже была как-то бородавка и я, не поверите, нужно взять ниточку… - и замечая как у его собеседников синхронно вытягиваются лица, смущенно замолкает.

----------------------

МАШИНА ИРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ стоит на перепутье.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА, не зная куда ехать, растерянно: - Бред, какой-то… - и сворачивает на одну из дорог.

Красивое солнышко садится в луга. СЫРЦОВ И КЭТ возвращаются красивой проселочной дорогой в лагерь.

КЭТ замечая вдалеке стоящий на развилке автомобиль ИРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ: - Опять машина моей бабки.
СЫРЦОВ: - Опять? Я ж тебе говорю,  это просто машина. Красивая машина.

Машина уезжает прочь…

КЭТ, печально пробует тихонько напеть; - Тридцать три волнистых негодяя…
СЫРЦОВ; - Если Витька тебя еще раз назовет ломбадой я даже пальцем не пошевелю…
КЭТ; -  Если хочешь знать, если он меня еще хоть раз обзовет, я на него так запою… Я ведь когда голос развивала, подальше уходила. Ну, на помойку. Так там какой-то бутылки собирал. Уже почти полную сумку. Я как запою на октаву выше. Сумки у него бряк. В окнах свет – щелк! Кошки к-а-ак из баков – шурх! А Тимохин? Он вообще без слуха…
СЫРЦОВ; - Бряк-щелк! Повезло Тимохину. А то с ним судороги будут…

---------------------

ИРИНА МИХАЙЛОВНА очень медленно едет по незнакомому проселку и, понимая, что она заблудилась, встревожено оглядывается в поисках кого-то, кто подскажет направление. Заметив вдалике, за деревьями и кустами, на поле работающий комбайн,  останавливает машину и убегает спрашивать у комбайнера дорогу.

-------------------------------

Ребята поднимаются на взгорок. Впереди, на взгорке стоит одинокий автомобиль ИРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ.

КЭТ: - Опять бабкина машина…
СЫРЦОВ: - Ты номер бабкиной машины помнишь?
КЭТ: - Не-а…
СЫРЦОВ: - А с чего взяла, что это бабкина машина?
КЭТ: - А вот она похожая… По цвету и вообще.
СЫРЦОВ: - Это ворованная машина. Покатались и бросили. Не бойся, Кэт… я с тобой.

Ребята настороженно приближаются к пустой машине.
СЫРЦОВ осторожно приоткрывает дверь со стороны водителя – среди прочих безделушек в салоне, фотография КЭТ…

КЭТ заглядывая в салон: - О! Я же говорила – бабкина машина. – КЭТ окликает бабушку: - Ба-а! Ты где?
СЫРЦОВ: - Действительно странно…

---------------

ИРИНА МИХАЙЛОВНА на полпути к далекому комбайну остановилась и заоглядывалась,  услыхав призыв КЭТ.

--------------------

СЫРЦОВ: - Понял! Бабка приехала к тебе в лагерь. Оставила машину на стоянке. Пошла тебя искать. А тачку и угнали.
КЭТ: - Что же теперь делать?
СЫРЦОВ: - Повезло. Вам повезло, что я с тобой. Знаешь, что мы сделаем? Вернем вам бабкину машину!
КЭТ: - Как это?
СЫРЦОВ: - Да просто…

СЫРЦОВ забирается в машину и начинает в неё возиться.

------------------------------

Тем временем ИРИНА МИХАЙЛОВНА, жестикулируя,  пытается уточнить дорогу у КОМБАЙНЕРА, высунувшегося из своего остановившегося комбайна. Их переговоры заглушает грохот двигателя  комбайна.

--------------------------------

СЫРЦОВ копается в салоне машины ИРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ: - Тут где-то должно включаться… Конечно, это не карт, но ключ зажигания тут… Верну машину, а то твои они меня уже совсем достали. Я им тоже всем поперек горла…Мама твоя в школу приходила. Представляешь, говорит что я тебе не даю проходу. Еще не известно, кто кому не дает проходу… А тут, они успокоятся. Может даже в гости пригласят. Еще извинения просить будут… Вот, гадство, а это что еще за ручка?
КЭТ оглядываясь шепотом: - Коль…
СЫРЦОВ: - Отстань…
КЭТ шепотом: - А если ЭТИ еще тут?
СЫРЦОВ: - Кот эти?
КЭТ шепотом: - Бандиты. И бродят… около мест кровавых драм.
СЫРЦОВ, переходя на шепот: - Брось. Ерунда.
КЭТ шепотом: - Я по телеку видела… Может они специально?  Крючок, в виде наживки? Чтоб специально - тех кто наткнется….

И перепуганная КЭТ полезла в машину. СЫРЦОВ, наконец перестал манипулировать рычагами и осмотрелся –  за окнами машины сумерки и ночь и кусты и всё это тревожно.

СЫРЦОВ: - Думаешь? Ну, тогда хоть пригнись… А то вывалится сейчас из кустов.

СЫРЦОВ И КЭТ напряженно смотрят друг на друга и не сговариваясь захлопывают дверцы.

---------------------------

Возвращающаяся ИРИНА МИХАЙЛОВНА слышит звук захлопнувшихся дверей, видит силуэты в салоне своей машины, понимает, что машину угоняют, и, сорвавшись с места и, подхватив с земли дубину, бросается к своей машине. 

ИРИНА МИХАЙЛОВНА; - Руки вверх! А то стреляю!

--------------------------

СЫРЦОВ и КЭТ видят с треском вываливающийся из кустов силуэт. Слышат возглас ИРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ.  КЭТ сползает между сиденьями. СЫРЦОВ лихорадочно поворачивает ключ зажигания. Включается двигатель машины.

СЫРЦОВ дергает рукоятки и пробует нажимать на педали – в этот момент ИРИНА МИХАЙЛОВНА бросается на капот… У ИРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ сбивается на бок прическа (это парик).

ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Стой! Убью!
СЫРЦОВ: - Ирина Михайловна?
КЭТ: - Бабушка?!
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Дитя?!

СЫРЦОВ и КЭТ выбираются из машины. ИРИНА МИХАЙЛОВНА набрасывается на КЭТ и принимается ощупывать её, на предмет целостности организма и, убедившись, что КЭТ не пострадала, отодвинув её.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Сырцов! Опять?!
СЫРЦОВ: - Почему это… опять?

ИРИНА МИХАЙЛОВНА, сдвигая на место прическу, с раздражением захлопывая дверь машины:
- Прекрати оправдываться! Вот именно! Словно, это не ты преследуешь Екатерину! Ты! Вот ты, вот скажи, что вы здесь делаете?! Посредине поля! В этот час ночи? А?

Машина, которую СЫРЦОВ снял с ручника, от сотрясения захлопнутой дверцы, трогается и потихоньку начинает уезжать.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА стоит спиной к машине и не замечает этого. СЫРЦОВ и КЭТ видят это.

СЫРЦОВ: - Послушайте…
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Ничего не хочу слышать! Наслышана! Довольно, вот здесь твои оправдания! В печенках! Когда ты оставишь Екатерину в покое?
КЭТ: - Бабушка!
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Катерина! С тобой у меня будет разговор особый!
СЫРЦОВ: - Но…
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Я просила тебя не приближаться к моей внучке на расстояние пушечной пули! Просила или не просила?

Оттуда, куда уехала машина, слышен грохот.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА испуганно: - Что это?
СЫРЦОВ: - Это ваша машина…

ИРИНА МИХАЙЛОВНА оглядывается – машины нет. ИРИНА МИХАЙЛОВНА в шоке.

КЭТ: - Она туда уехала! – показывает, куда поехала машина.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА срывается с места и мчится в ту сторону куда уехала машина. СЫРЦОВ и КЭТ, бросаются следом.

Они догоняют стоящую в оцепенении ИРИНУ МИХАЙЛОВНУ. Останавливаются рядом и вместе смотрят на машину ИРИНЫ МИХАЙЛОВНЫ, которая съехав в кювет, врезалась в дерево и там заглохла.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Так… так…

СЫРЦОВ попятился.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Ты негодяй, Сырцов. Убить тебя мало.
СЫРЦОВ: - Почему это… мало?
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - А благодаря чьей телячьей нежности собачьей мы оказались здесь?! У разбитого корыта?! Машины?  Посреди ночи?

ИРИНА МИХАЙЛОВНА в шоке бродит вокруг поверженной машины, приговаривая: -  Боже мой… И радиатор…  Не представляю, как это засчитают за страховой случай… И фары…
КЭТ:   - Вы знаете, бабушка, это не нежности… Это в нем что-то испанское. От корриды…  Коля ведь совсем не такой как кажется. Вот когда он нарисовал на пупке поросеночка и тот шевелил хвостиком...

ИРИНА МИХАЙЛОВНА очумело уставилась на внучку и попробовала сосредоточиться.

КЭТ: - Он берет, так вот надувает живот, - КЭТ показала как, - и рыльце... улыбается.
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Что? Чье?
КЭТ: - Ну, рыло, рыло нюхатое такое шевелится. Как будто чихать ему хочется.
СЫРЦОВ: - Почему это рыло?  Это туловище вокруг пупка, а рыльце выше. – И СЫРЦОВ пальцем у себя на животе показал, где что было.
КЭТ: - Туловище?! - почему-то обиделась КЭТ. - Фиг вам туловище! - И показала Кольке фигу.
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - А-а-а! Я его сейчас убью!

ИРИНА МИХАЙЛОВНА бросается на СЫРЦОВА. СЫРЦОВ убегает. ИРИНА МИХАЙЛОВНА мчится за ним. КЭТ оставшись в одиночестве, тревожно оглядывается и бежит догонять бабушку. ИРИНА МИХАЙЛОВНА выдыхается и останавливается.

СЫРЦОВ с безопасного расстояния: - Вы сами машину на ручник  поставить забыли, а теперь я виноват!?
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Я всегда подозревала, что это добром не кончится! Еще когда Сырцова в детском саду мне показали - я сразу догадалась!
СЫРЦОВ: - Нет, кончится! Добром! А когда я вижу брошенную машину, я всегда прихожу на помощь! И когда по телевизору просят откликнуться, я откликаюсь. Да. Хоть это кое-кому и не нравится. Может, никто больше не откликается, а я все равно. Потому что, может, человек послал последний крик о помощи. Да.

СЫРЦОВ  протянул в темноту руку, изображая несчастного человека, и представил несчастную жертву:   - Помогите! - а потом добавил укоризненно: - Конечно, у вас ничего не пропадало. А там, по телевизору, еще говорили, что вагон с мебелью пропал. Целый вагон. И, между прочим, в вашем пожилом возрасте не знать, где у машины тормоз! Ага!
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - У меня тоже пропало!
КЭТ: - Что?
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Ум у меня пропал!
СЫРЦОВ: - Ум? Ха! А там целый вагон...
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Лупить тебя мало! Как сивую кобылу!

ИРИНА МИХАЙЛОВНА бредет-возвращается к своей разбитой машине.

СЫРЦОВ бредет за ИРИНОЙ МИХАЙЛОВНОЙ: - Вы мне не родственник чтобы лупить! – к КЭТ: - Ну, и старушка у тебя… - и эту фразу ИРИНА МИХАЙЛОВНА,  слышит - морщится.

КЭТ оставшись опять одна, тревожно оглядывается и торопится догнать уходящего СЫРЦОВА. И бредет за ним.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Если б у меня пропал вагон с мебелью, я бы знала где его искать…
СЫРЦОВ и КЭТ хором: - Где?
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Там же где и машину… И вообще почему вы поднимаете на взрослых голос?
СЫРЦОВ, поднимая с дороги обломок кирпича о который запнулся: - Ничего мы не поднимаем…
КЭТ, тревожно оглядываясь: - Коля, кирпич не средство убеждения…
СЫРЦОВ, Кэт: - Ну, ты вообще сбрендила…

ИРИНА МИХАЙЛОВНА а за ней ребята, ведя этот разговор проследовали по дороге мимо поверженной машины…

ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Это просто уму непостижимо - оказаться ночью посреди дороги. Приходи, убивай, грабь, режь! Вот где ваш лагерь? Там?
КЭТ: - В смысле направления?.. - и  испуганно вцепилась СЫРЦОВУ в рубашку: - Коля, кирпич…
СЫРЦОВ, перебивая КЭТ: - Да чё ты пристала со своим кирпичом!

СЫРЦОВ размахнувшись, выкидывает кирпич в темноту. Оттуда, куда улетел кирпич, донесся всплеск (кирпич упал в воду). ИРИНА МИХАЙЛОВНА развернулась и, приложив палец к губам, на цыпочках направилась к ребятам. Ребята замерли.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА, шепотом: - Слышали? Кто-то чихнул…

------------------------------
КАБИНЕТ ДИРЕТОРА ЛАГЕРЯ. ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ, ВОЖАТЫЙ КОСТЯ, ПАПА СЫРЦОВА.

ДИРЕКТОР ЛАГЕРЯ разговаривает по телефону: - Да, пропали дети. Да - двое. Мальчик и девочка. Да - не вернулись в лагерь. Пишустина Ксения и Николай Сырцов. Приметы…

------------------------------

СЫРЦОВ и КЭТ испуганно переглянулись.

СЫРЦОВ испуганным шепотом: - Где… чихнул?
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Там… - и, от страха плохо контролируя себя, снимает с головы парик.

У СЫРЦОВА от этого зрелища округляются глаза. Но ИРИНА МИХАЙЛОВНА, не замечая произведенного эффекта, перекрестившись, мужественно направляется в ту сторону где кто-то «чихнул».
СЫРЦОВ и вцепившаяся в него КЭТ идут следом.
Наконец ИРИНА МИХАЙЛОВНА, и за ней ребята, выходят на берег реки – никого и ничего страшного – наоборот красивый пейзаж. На той стороне реки, за темнеющим лесом, полыхнула зарница. Оранжевое зарево сверкнуло, трепыхнулось, как будто гигантский мотылек сложил крылышки. Потом прогремел тихий гром, перекатывая камешки по горизонту...

ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Лето... какое грозовое в этом году, -  и сделала что-то на голове, отчего у нее мгновенно выросли новые длинные волосы.

И это тоже было ужасно! СЫРЦОВ зажмурился и помотал головой, словно пытаясь отогнать мрачное видение, поскользнулся и едва не свалился в реку.

СЫРЦОВ: - А как... а вы разве не облыселая?
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Что?! - очнулась и потянулась к Колькиному уху.
СЫРЦОВ   - Не лысая, так не лысая... - миролюбиво и попятился.

Тут ИРИНА МИХАЙЛОВНА издала какой-то нечленораздельный звук и бросилась на СЫРЦОВА. Но тот ждать не стал.

Уже целых полсекунды как он убегал от разъяренной бабушки. Со стороны это выглядело так: впереди всех мчался

СЫРЦОВ, за ним  ИРИНА МИХАЙЛОВНА с париком в кулаке, а позади всех, со слезами на глазах, спотыкалась КЭТ.
Наконец СЫРЦОВ куда-то прибежал. Врезавшись в кукурузные заросли, он запнулся, упал и пополз на четвереньках, протискиваясь между плотными рядами жестких стеблей кукурузного поля.
ИРИНА МИХАЙЛОВНА остановилась на краю кукурузного поля и заплакала. СЫРЦОВ, конечно, слышал, как где-то рядом рыдает старушка, но точно, в какой стороне, сказать не смог бы. СЫРЦОВ неожиданно понял, что в пылу погони он потерял всяческую ориентацию, а компаса у него не было.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Мне... - захлебываясь, кричала в темноту. - Мне даже на работе никто не смеет такое говорить! Как ты только себе позволяешь?! Облыселая...
Сорвав кукурузный початок, ИРИНА МИХАЙЛОВНА зачем-то откусила его: - Какая гадость…

Тем временем СЫРЦОВ тщетно пытался выбраться из кукурузных зарослей. Как назло, кукурузины были высоченными.

СЫРЦОВ попробовал подпрыгнуть вверх, чтобы хоть что-то увидеть. Бесполезно!

СЫРЦОВ негромко бормоча:  -  Мамочки… Её тут гектары и километры! А если я вообще никогда не выйду?! Пока не поспеет урожай? И буду как Маугли! Мама!
ИРИНА МИХАЙЛОВНА:   - Между прочим, я вам не старушка! - крича в темноту возмущенно. - Мне, между прочим, всего сорок восемь лет! И это очень замечательный возраст! Да! Пожилая! Как только язык у него поворачивается? Нет, ну он просто издевается надо мной! Старушка!

А СЫРЦОВ тем временем уже лез по кукурузине, чтобы оглядется и найти выход из зарослей. Для этого он на ощупь выбрал самый толстый стебель.
В тот момент, когда СЫРЦОВУ стало казаться, что он различает фигуры попутчиков,  кукурузина не выдержала.

Раздался треск, и СЫРЦОВ шмякнулся на землю.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА оскорбилась:   - Он еще возражает! Негодяй! Господи, кому я это говорю? Бесчувственному обормоту? - тыльной стороной руки утерла с лица слезы. - Вот, теперь тушь, наверно, потекла... Что за жизнь? Нет, надо же - старушка...

И СЫРЦОВ не выдержал:  - Говорите! - закричал он. - Не прекращайте! Продолжайте! Вы мне - как маяк! Я вас - как пеленг! Как маяк! Вы не старушка! Нет! Вы не бабушка! Вы маяк!
ИРИНА МИХАЙЛОВНА  обращаясь к тихой от ужаса КЭТ:  - Кто я? Что сказал Сырцов?
КЭТ: - Он... Вы... Как маяк... А он... как бабушка.
СЫРЦОВ жалобно и робко от неловкости:  - Спасите…
ИРИНА МИХАЙЛОВНА к КЭТ: - Что он сказал?
КЭТ: - Спасите… сказал.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА оглядевшись и не найдя более подходящего оружия, стала рвать из почвы кукурузину. Выдернула её с приличным комом земли и размахивая над головой, вломилась в кукурузные заросли. Услыхав шум, СЫРЦОВ замер в ожидании. И тут ком земли на конце кукурузины, которую вращала ИРИНА МИХАЙЛОВНА, врезал СЫРЦОВУ по затылку.

СЫРЦОВ упал, как подкошенный. ИРИНА МИХАЙЛОВНА, не заметив случившегося, сделала еще шаг, наступила СЫРЦОВУ на руку. СЫРЦОВ вскрикнул от боли и попытался выдернуть руку. ИРИНА МИХАЙЛОВНА выронила кукурузину и присев, завизжала по девчоночьи. КЭТ, в свою очередь, оставленная на произвол судьбы на берегу кукурузного моря, сообразила, что дело приобретает скверный оборот, и заорала как в лучших своих песнях.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА придя в себя: - Коля?! -  ощупывая поникшее тело СЫРЦОВА. - Ты жив? Коля!!
СЫРЦОВ:  - Бабушка... - выплевывая набившуюся в рот землю, привстал на четвереньки СЫРЦОВ. - Вы даете! Бр-р-р... - он затряс головой. - Ну, вы даете! Ну, вы крутая...

ИРИНА МИХАЙЛОВНА, схватив СЫРЦОВА за руку, потащила его к реке. Оглушенный СЫРЦОВ послушно спотыкался и волочил за собой, намертво зажатый в кулаке кукурузный стебель. Умыв СЫРЦОВА в реке и ощупав с головы до ног, ИРИНА МИХАЙЛОВНА убедилась, что тот не покалечился. Ни на какие выяснения сил у нее уже не было. ИРИНА МИХАЙЛОВНА достала сигареты и закурила.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА:  - Теперь я понимаю, почему вас выгнали из лагеря,
КЭТ: - Нас не выгоняли, мы бандита искали…
СЫРЦОВ тряся наступленной рукой: - За такое вас бы тоже выгнали...
ИРИНА МИХАЙЛОВНА:  - С тобой Папу Римского из рая выгонят. Парик… Где его теперь в кукурузе искать? Облыселая…

На этом разговор угас. СЫРЦОВ лег на землю.  За рекой, над лесом полыхнула зарница -  грома долго не было, а потом что-то вяло проворчало, пошевелилось, и все.  Ухнул филин... СЫРЦОВ вздрогнул и покосился на своих спутниц.
КЭТ, усевшись на пятки, бросала на воду травинки. Те прилипали к воде, как к маслу, и не уплывали. ИРИНА МИХАЙЛОВНА курила и задумчиво глядела на воду.

СЫРЦОВ: - Вам без парика симпатичнее, - примиряюще. - Зачем вам запасные волосы?
КЭТ: - Действительно... - поспешно, с радостью поддержала разговор КЭТ, пытаясь побыстрее забыть случившиеся ужасы. - Если бы у меня были такие возможности, как у вас...
ИРИНА МИХАЙЛОВНА:  - Какие еще возможности... - осторожно загасила сигарету. - Никаких особых возможностей. А после такой прогулки и здоровья никакого...
СЫРЦОВ, немного подлизываясь: - Жалко, что у вас «девятка». Вам подошел бы белый мерседес. Подъехали бы к воротам лагеря, посигнали, тут бы все офанарели! 
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Вот, не нужно мне напоминать про машину. И так уже все нервы ни к черту с этой поездкой.
КЭТ:   - Нервы это конечно. А так хорошо бы. Представляете, как все сбежались бы, чтобы поглядеть?  Вам-то, бабушка, хорошо, вы, наверно, подъезжали куда-нибудь с потрясающим эффектным видом. Вам хорошо...
ИРИНА МИХАЙЛОВНА:  - Чтоб офонаревали, не помню, но вообще-то... - смутилась вдруг ИРИНА МИХАЙЛОВНА и принялась наматывать на палец прядь волос. - Ну-у... случалось.
КЭТ:  - Вот, - развела руками, - а у меня в жизни еще почти ничего не было. Представляете? Можно сказать, ни одного платья с декольте не было. То, что в детском саду, на Новый год, не в счет. Или, например, бедная-бедная моя голова... Никаких тебе широкополых потрясающих шляп на ней не было... Даже приличных сережек в ушах не висело. А ведь может случиться так, что ничего этого никогда и не будет... - вздохнула печально Кэт.
ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Какие глупости ты говоришь…
СЫРЦОВ:  - Вот именно!
КЭТ:   - Не глупости… Я, можно сказать, горячий хлеб люблю с молоком из бутылки, заткнутой бумажной пробкой. Вот почему-то именно бумажной, понимаете? А сколько я его съела? Ну, две-три буханки. Именно такого... А сколько я бы "хотела съесть? Может, даже машину... И вдруг не съем. Обидно. Я мороженое люблю шоколадное...

У КЭТ было напряженное лицо…

КЭТ:   - А еще, я никогда не ехала в каком-нибудь очень комфортабельном автобусе. В котором пахнет фруктами. Представляете? Я бы спала всю дорогу в кресле. А у водителя были бы вот такие усы! - КЭТ показала какие. - И он бы говорил: "Граждане, занимайте места, мы отправляемся, улыбайтесь". Да. А за окном обязательно шел бы дождь. Понимаете? И какой-нибудь город начинался или заканчивался бы. Везде люди под зонтиками киснут. А на остановке
заходят пахучие из-за дождя пассажиры. И пахнет фруктами. Понимаете? А за окнами тянется, тянется, тянется, тянется длинная моя родина...

ИРИНА МИХАЙЛОВНА опустила в речку руки и, зачерпнув воды, плеснула себе в лицо. И еще раз... Тяжелые капли срывались, сверкая, с ладоней и падали в воду.

СЫРЦОВ глядел на эти падающие капли, и вдруг треснул себя по лбу: - Ну и дурак же я! Я ж совсем забыл!

СЫРЦОВ принялся ощупывать свои карманы.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА: - Что это?

Все посмотрели в ту сторону, куда указывала ИРИНА МИХАЙЛОВНА – там вдалеке пульсировал свет – эффект от работающего на крыше милицейской машины, маячка.

ИРИНА МИХАЙЛОВНА вскочила: - Так! Сидеть здесь и не двигаться! Иначе… - и не договорив, бросилась к дороге, к пульсирующему свету.

КЭТ СЫРЦОВУ: - Куда это она?
СЫРЦОВ: - Это нас милиция ищет…
КЭТ: - Значит, сейчас мы уедем и... И главное, что там за рекой… узнать бы, а? И не узнаю никогда.
СЫРЦОВ: - Узнаешь…

СЫРЦОВ достает из кармана жестяную эмблему пилота, которую ему дал РЫБОЛОВ.

СЫРЦОВ протягивая эмблему КЭТ: - Забыл за этой беготней… Помнишь меня, Петрович отозвал – это он тебе передал свой талисман. Знаешь что такое талисман?

КЭТ кивнула.

СЫРЦОВ: - Он же летчик-испытатель… Ну, был раньше и он его знаешь сколько раз спасал. Он мне рассказал, и как парашют у него не раскрылся а он сжал эту птицу в кулак… это так он его называет и запасной как дернет. И как двигатель у него горел, в его истребителе, и он уже думал, что крышка – тут он вцепился в эту птицу и на катапульту, и как ракета в него… хвост туда, крылья туда, а он прижал эту птицу и… Вот. Когда я ему рассказал про твою операцию он тебе свой талисман дал. От себя оторвал. Попользоваться. Но с условием. Чтоб вернула. Понимаешь? Вернешься сюда и вернешь Петровичу его талисман, а то, как он будет без своей птицы… Так что не бойся, Кэт!
КЭТ берет талисман: - А я уже не боюсь. Вот честно. Не так чтоб совсем-совсем, но так, что еще совсем чуточку-немножко… А за талисман спасибо. Я верну. Вернусь и верну.

-----------------------

ИРИНА МИХАЙЛОВНА останавливает неспешно едущую, с включенным проблесковым маячком, по проселку милицейскую машину…


--------------

КЭТ: - И это…Я… Ты, такой…  ты… что, я как-то забыла бояться столько стало сразу всего. Что я забыла. Понимаешь? Спасибо тебе…

----------------

ИРИНА МИХАЙЛОВНА, выйдя из подъехавшей милицейской машины и направляясь к ребятам, видит...

....как КЭТ ткнулась СЫРЦОВУ в щеку (поцеловала значит) встала и быстро направилась к бабушке. ИРИНА МИХАЙЛОВНА бессильно покачала головой…

----------------

ПРОШЛО ВРЕМЯ:  КВАРТИРА СЫРЦОВЫХ. СЫРЦОВ звонит по сотовому телефону.

СЫРЦОВ: - А, привет Кэт! Ну, как дела? Не бойся, у меня тоже нормально. Ну, почему не звонил… Потому и не звонил, что слово дал. Да, дал слово. Теперь уже можно… Как ты чувствуешь себя? Нормально… Да! Ты мою передачу получила? Что значит – какую? Бутылка с молоком, заткнутая газетой и хлеб. Целая булка. Как съела? Я тебе не для того посылал, чтоб
ты её ела! Тебя не кормят, или ты вообще уже не чувствуешь на зубах ничего!

----------------

БОЛЬНИЧНЫЙ КОРИДОР. КЭТ разговаривает по сотовому телефону с СЫРЦОВЫМ.

КЭТ: - Что было в булке… План? Какой план… На бумаге? Клад… Что значит я не чувствую, что ем? Обычно я чувствую!

КЭТ смотрит на телефон – СЫРЦОВ отключился. КЭТ смотрит себе на живот. КЭТ останавливает идущего мимо ВРАЧА.

КЭТ: - Дядь Жень, а что будет… бывает с человеком, если он съест… такой, ну вот такой кусок бумаги.
ВРАЧ, озабочен своими проблемами: - Катенька, зачем тебе есть бумагу? Тебе завтра на выписку… - уходит.
КЭТ отрешенно, прислушиваясь к своему организму, бормочет: - Там был секретный план. Для клада. Ну, Колька!

КЭТ подходит к окну – за окном красивая пастораль! Звонок сотового. КЭТ включает телефон и подносит его к уху.

----------------

СЫРЦОВ в своей квартире, с толстым медицинским справочником на коленях, разговаривает по сотовому с КЭТ: - Всё в порядке! Не, бойся, Кэт! Я с тобой! Значит так - сейчас берешь…

----------------


КОНЕЦ.

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

карандаш