- Ты, что идиот? - наконец не выдержал замдиректора, Богомолов Валентин Константинович (ФИО изменены). Небольшого роста, похожий на клерка средней руки, в мятом костюме, всегда добродушный, уравновешенный и покладистый, Валентин Константинович вышел из себя! Невероятно!
- Почему это идиот? - обиделся я.
- Потому, что я тебе десятый раз объясняю - тебе предлагается должность инженера киносети в городе Невинномысске! Это знаешь что такое? Это служебный газик - раз! Это квартира сразу... через полгода - два! Это…  Ну, всё! Некогда мне тут с тобой болтать, иди и еще подумай! И приходи завтра. Нет! Стой! Смотри...

Валентин Константинович открыл папку и принялся трясти какой-то бумажкой у меня перед носом:  - А это знаешь что такое, идиот? Это заполненное официальное направления тебя на работу в Невинномысск в должности главного инженера. Вот подписи. Вот печать. Не хватает  только твоего остолопского согласия! Теперь иди и приходи завтра в это же время! Господи, кем ты будешь на киностудии?! Тележку будешь толкать и жить в общаге! А там - юг! Машина, квартира... - соблазнял Валентин Константинович.

Но я был непреклонен, и  поплелся обратно на вокзал. К тому времени,  я на вокзале города Ростова-на-Дону жил уже трое суток. Ночевал на диванах, умывался в умывальнике. Ноги в умывальнике мыть было не с руки (можно было схлопотать по морде за такие штуки) и вообще, стоял июнь, и время от времени хотелось принять душ. Соблюдая гигиену, я ходил на Дон купаться. А все потому, что мечтал работать на Свердловской киностудии.

Получилось так, что  вернувшись  из армии, я поработал на заводе, в химчистке, киномехаником и поехал в Ростов просить направление на работу. Хотя мне направления не полагалось. Справка для тех кто не знает: раньше каждый выпускник ВУЗа или техникума должен был обязательно отработать по направлению два года. Так это называлось. То есть в том городе  и должности куда тебя пошлют. А отслуживший в армии, освобождался от этой повинности. Но я все равно приехал за направлением... И вот теперь каждый день, как по расписанию, я приходил к Валентину Константиновичу, а тот меня костерил за мое недомыслие.

А в первый мой приход к нему, он обрадовался! Дело в том, что распределение только что закончилось, все разъехались, а тут ему позвонили из Невинномысска - у них там умер инженер киносети и образовалась вакансия, которую нужно было срочно заполнить. Вот Валентин Константинович меня и уговаривал...

Прошло недели полторы. У меня стали заканчиваться деньги... Наконец Валентин Константинович сломался. Как случилось? Я опять торчал в его кабинете. Он опять меня ругал, убеждал, соблазнял, когда раздался телефонный звонок. Валентин Константинович поднял трубку, и поговорив немного, прикрыл мембрану микрофона ладонью.
- Последний раз тебе говорю - подумай! Такого случая в жизни тебе больше не подвернется! Решай! Потому, что на том конце провода у меня Свердловская киностудия! Ну, так как?
- Еду на студию.
- Ну, и дурак…  Потом вспомнишь меня и пожалеешь... - устало бросил Валентин Константинович, и сняв ладонь с микрофона, сообщил собеседнику, что вот есть такой парень, другими словами осел и кретин, который хотел бы работать на киностудии...
А потом я поехал в Москву. В начале лета поезда на Север катят полупустые. Влюбленный юноша, мой попутчик, делился своим счастьем - рассказывал до самых сумерек, какая она славная. И ни одного пошлого слова, между прочим...

Москва. Солидная контора - Госкино России. Мне выдали красивую бумажку, украшенную гербами - направление на работу на Свердловскую киностудию. (Кстати, потом эта важно украшеная бумажка помогла мне получить квартиру, испугав какого-то бюрократа своим пафосным видом). Взял я эту бумажку, посмотрел на всех этих тетенек, увлеченно перелистывающих всевозможные досье и журналы мод, и говорю: - Люди, займите десятку! А то я пока в Ростове сидел, поиздержался. И мне не хватит на билет до Свердловска. А с зарплаты я вам верну...
Уж не знаю что подумали люди, но вместо десятки, мне дали бумажку с которой я поперся в какой-то, кажется, профсоюз, где мне в кассе выдали 20 рублей безвозмездной помощи... Я за три рубля в ближайшем киоске купил красивую зажигалку. И пошел покупать билет...

Было 19 июня, когда я в короткой рубашке и загорелый вышел из поезда на привокзальную площадь Свердловска. В Свердловске, 19 июня 1983 года шел снег... Не то чтобы шел, срывался. Прошло столько лет, и я нет-нет, да и вспомню как бранился Валентин Константинович. И, нет-нет, примерю его слова на себя сейчасного.  Может действительно ты дурак? И тебе нужно было ехать туда, а не сюда? Не жалеешь теперь? Потом одергиваю себя – что, неужели кончилось ля-ля? Музыкальное вступленье? Помните, у Никитиных в песне?

Но, действительно, как хорошо быть молодым!

карандаш
^ Наверх