Сообразил я на балконе кормушку. В пустой бутылке из-под минералки вырезал дырку и насыпаю туда семечек. Синички пищат от радости. Но вот Степе этот писк поперек нервов. Просит открыть дверь на балкон. Открываем. Степа выходит - синички улетают. Сидят сердешные на деревьях, что поодаль, пищат и терпеливо ждут когда нахальная рыжая Степина морда уберется восвояси.
Видя такую обструкцию Степа взял другую манеру. Бьющийся в истерике хвост, толстая нетерпеливая попа, и остальное туловище в теплой комнате. Балконная дверь приоткрыта. Узкая такая щель. Степа, у этой щели, шевелит усами, трясет подбородком от вожделения и это длится довольно долго. И главное в то время, когда я еще сплю. Так вот я просыпаюсь последнее время от грохота. Первое время вздрагивал, потом привык... Это Степа бросается в атаку! И в стремительном движении врезается брюхом в балконное дощатое ограждение, а потом ползет по нему, подтягиваясь на когтях и скребя задними лапами, опять же с грохотом по доскам ограждения...
Но! Но к тому времени когда Степа вскарабкивается на перила балкона синички обычно уже сидят на ближайших деревьях и крутят пальцами у виска. То есть, крутят тем что у них есть, у того, что там у них вместо висков.
Это продолжается до тех пор, пока я не возвращаюсь из душа и не закрываю балконную дверь. Обиженный Степа поворачивается ко мне хвостом и соглашается сменить отменить обиду, лишь на обещание внеурочного завтрака...
Вот как-то так... Сейчас у нас такие ранние сумерки, что мне сегодня в половину восьмого вечера показалось половина одиннадцатого...
Да. Это все. Это все Степа проделывает, потому, что в остальное время занят чрезвычайно - пишет с Юлей PHP у компа. А то бы кто ему позволил флиртовать с незнакомыми птичками... Ну, а раз заслужил, то уж пусть. Юля отлучилась и я быстренько сфоткал Степу за работой.
Теперь все.
