...и в этот день я так много хохотал, как это потом со мной, пожалуй, не случалось ни разу!
Я тогда подрабатывал тем, что разносил телеграммы. Я сидел за маленьким столиком в операторском зале и обычно читал какую-нибудь книжку. Когда телеграмм набиралось достаточно, я откладывал книжку и разносил телеграммы адресатам...
На этот раз мне попался маленький желтенький томик с ничего не значащим названием «Трое в одной лодке не считая собаки». И фамилия автора мне ничего не говорила - некий Джером Клапка Джером.
Как обычно, я уселся за свой столик и принялся за книжку... А потом со мной случилась смеховая истерика. Вначале я еще сдерживался, но потом меня буквально повело и я принялся хохотать!
Нужно сказать, что в операторском зале почтового отделения райцентра, а дело происходило в поселке, где я тогда жил, было шумно. Нет, шумно, слишком мягкое определение того грохота, что стоял в зале - десятка два телеграфных аппарата одновременно лязгая и дребезжа, создавали такой шум, что себя трудно было расслышать. Так вот - меня расслышали! Девушки-телеграфистки приподнимались со своих стульев, чтобы получше разглядеть, кто это там невразумительно хрюкает, пыхтит, хохочет и корчится от смеха...
Понимая, как нелепо выгляжу, и от того, почему-то еще больше срываясь на хохот, я вывалился из операторского зала в коридорчик. Но и здесь меня не отпустило. И я ушел на улицу. Завернул за угол почтамта и там немного отдышался и усилием воли подавил смеховую истерику. И, все-таки вернувшись в зал, я время от времени похрюкивал-похахатывал, вспоминая особо впечатлившее место в книжке...
А потом я пошел разносить телеграммы. Первой, конечно, понес срочную - в ней сообщалось, что некая гражданка имярек, скончалась от сердечного приступа... Это всегда трудно, сообщать такое...
Но, тот день выдался таким солнечным! Таким он мне и запомнился...
