операторы кинохроники, свердловская киностудия

Дяденька, отпустите меня в Гималаи...

Сейчас, каждая поездка, в общем то, для меня событие. А помню устроился на работу на Свердловскую киностудию и стал просить, чтобы меня поскорее прикрепили к какому-нибудь фильму и послали в командировку. Романтики мне не хватало.

 

Вадим Сергеевич Осовский, начальник операторского цеха, меня придерживал - навидался он таких завзятых юношей за свою жизнь и я все больше торчал в павильоне и готовил операторские тележки, разбирал для них рельсы. К кинокамерам меня не подпускали. Так продолжалось месяца два, а потом...

Сейчас, особенно в кризис, фильмов запускается мало, а в восьмидесятые фильмов снималось много. Очень много. И я поехал. Полетел.

Командировка за командировкой. Первое время это дело мне нравилось - как же, вот она романтика! Города мелькают, люди, лица, проселки и автобаны, поезда, самолеты. Но уже месяца через три начал потихоньку уставать. А вот после командировки в славный город Таллин, я взмолился...

Представьте - три дня в Таллине, со всем его старым городом, кофе и варьете. Мы снимали документальный фильм о министерстве местной промышленности, так что встречали нас, всю группу из пяти человек, по первому номеру. Жили в отеле Олимпийский... Красота. Возвращаемся на киностудию. Меня встречают в аэропорту Кольцово, забирают одну камеру, суют другую, меня суют в машину и везут на вокзал. Там в поезд и вот полустанок (некоторые шутники утверждают что это город) Чайковский. Выгружаем аппаратуру. Что значит выгружаем - стоянка одна минута. Ваня Х. звукарь и мой попутчик выбрасывает на ходу коробки с техникой прямо куда придется а потом, где-то у выходных стрелок, выпрыгивает сам... Ничего и никто не разбивается, потому что здесь глубокая зима. Сугробы по пояс. Нас встречали. Посадили в машину и поехали мы в Кудымкар. Есть такой таежный городок.

Через каждые десять пятнадцать километров под откосами валяются не справившиеся с заледенелой трассой машины. Наш УАЗ тоже скользит то юзом, то тычется крылом в сугробы, кое-где ограждающие дорогу от кюветов. Приехали. Ночь. В дощатой гостинице, где мы поселились потрескались графины с водой. Точнее, со льдом. Так там было холодно. Мы с Ваней Х. собрали с пустующих номеров матрасы, завернулись, кое-как заснули... С утра киносъемки. Потом в машину и обратно на станцию Чайковский. Успели за пять минут до прихода поезда. Аппаратуру на перрон. (Кстати, весь набор, это порядка десяти-двенадцати увесистых ящиков).

Подходит поезд... Суем билеты проводникам и начинаем лихорадочно забрасывать ящики в тамбуры проезжающих мимо нас вагонов. Запрыгиваем - едем.

Заполночь следующего дня, наконец, добираемся до вокзала. «Вокзалом» назывался закуток в фойе киностудии, где оставляли съемочную технику, возвращающиеся по ночам разные съемочные группы.

Бреду в общагу. Там веселье. Ребята отмечают, не помню уж что... Присоединяюсь, потому что все равно не усну в таком гаме. Утром успеваю принять душ, а уже через три часа лечу в военно-транспортном АН-26 в городок Целиноград. Ныне столица Казахстана Астана... Приземляемся на грунтовом аэродроме подскока. Грузовая аппарель открывается - южный пустынный ветер поддувает и такая жара...

Вот после этого заезда я и взмолился дать мне передых. Сейчас у меня в голове от того времени ничего цельного не осталось - отдельные фрагменты - люди, сценки, лица безымянные...

Вспомнился «СТАЛКЕР» Тарковского - нужно точнее формулировать желания... Я бы даже сказал, скрупулезно точно. А то не дай Бог, твое желание исполнят, как в моем случае, и тебе столько романтики насыпят за шиворот, что...

А впрочем, сейчас всё больше вспоминается от того времени только хорошее... И это тоже теперь для меня хорошее.

Добавить комментарий


карандаш
^ Наверх