Второй режиссер - довольно большая шишка в киношной иерархии. И иногда ему приходится отдуваться за свое начальство, за режиссера или продюсера.

Помню снимали кино в Бурятии «Этот горький можжевельник». В такой глубинке, что перефразируя классика, скажу редкая туристическая единица заберется туда. На самой границе с Монголией... Впрочем. у Михалкова в фильме «УРГА» тамошняя природа показана достаточно детально, чтобы пересказывать сейчас здесь.

Ну, вот - настал последний съемочный день. Застал он нас в отдаленном улусе и местные власти решили со всей возможной помпой отметить это событие. К тому же режиссер-постановщик фильма Барас ХАЛЗАНОВ, будучи бурятом, хорошо знающим и гордящимся национальными традициями немало этому способствовал.

Теперь представьте себе самую просторную избу в деревне. Накрытый с учетом всех национальных традиций стол - это значит мясо, в основном баранина и прочие производные из баранины. Баранина не соленая, соль отдельно, никаких вам помидоров-огурцов и другой зелени - это мимо национальных традиций. И много-много- много водки. Короче говоря, изобилие строго выдержанное в национальных традициях. Может (скорее всего) я что-то упустил, но за давностью лет, да простится мне... Не в этом дело.

И вот вся съемочная группа расселась за столом, нет только директора картины и самого режиссера-постановщика ХАЛЗАНОВА. Ждали-ждали и не выдержали. Сидящие во главе стола почтенные старейшины сказали какие то важные слова. Затем самый главный из старейшин извлек из бараньей туши какую-то косточку. Воткнул её через глазницу лежащего на блюде, на столе, бараньего вареного черепа, в мозг и облизал. И передал своему товарищу. Тот со всей возможной торжественностью повторил втыкание. Затем третий старец облизал косточку и после этого не присаживаясь и с поклоном, торжественно с восточным достоинством, протягивает косточку второму режиссеру фильма, Вере Ивановне АНТОНЮК. Так как она третий человек по значимости, после режиссера-постановщика и директора картины.

Съемочная группа в ужасе притихла. Дело в том, что слабо отмеченные цивилизацией, эти отдаленные районы сохранили национальные устои. В чем мы за время съемок смогли убедится. (Просто для примера, одна наша дама гример, решила позагорать в купальнике на берегу речки Джиды и её местные жители забросали камнями, ну и тд.)

Так вот, при всем при этом, Вера Ивановна АНТОНЮК была болезненной чистюлей. Просто помешанной на гигиене и все мы это знали. Мы знали как тщательно она мыла чашки и стаканы, и вообще... Ну, вот такой человек.

И еще мы знали, что если Вера Ивановна АНТОНЮК сейчас немедленно не оближет эту баранью косточку, то всей съемочной группе может быть скверно. Очень скверно. Сидим как дурни в степи, до райцентра километров сто и люди здесь живут по своим законам и надо эти законы соблюдать. Какая уж тут гигиена!

С остановившейся улыбкой Вера Ивановна, взяла из рук старца косточку и мужественно лизнула. А мы облегченно выдохнули...

Часов через шесть, ночью, достаточно нетрезвые, мы возвращались на нашем камервагене по степи на базу. И фары выхватили из ночной мглы бредущую пешком Веру Ивановну. К тому времени, как мы её нагнали, она успела отмахать по ночной, вполне дикой степи, с её волками и прочей дичью, километров сорок-пятьдесят...

Иногда отвращение больше страха...

Добавить комментарий


карандаш
^ Наверх