- Верно, - согласился Колька и положил рюкзак на обочину, - все равно они тащат банки с тушенкой, макароны и босоножки. Им же неудобно без рюкзака...

За этими разговорами ребята не заметили, как дорога взобралась на холм. За холмом объявилась речка. За речкой, на лугу, ходили понурившись коровы. На берегу, закатав штанины, сидел человек и ловил рыбу.

Ребята подошли ближе и остановились за спиной рыбака.
- Клюет? - спросил Колька.

Рыбак оглянулся. Он оказался толстяком с мягким взглядом, какой почему-то обычно бывает у толстых людей. И еще он был почти лысый.
- Ну и где вы шляетесь? - спросил человек. - Полторакин обещал арестовать не позже двенадцати, а сейчас сколько? - толстяк раздраженно постучал по циферблату. - Где вас носило?

Колька и Кэт растерянно переглянулись.
- Ну хватит играть в моргалки. В эти... в глазелки. Вот конверт, там все написано. Берите, берите...

Колька взял большой конверт. Распечатал и достал бумагу. В бумаге сообщалось, что предъявитель сего документа действительно является террористом. И все. Подпись директора лагеря Полторакина и печать.
- Прочли?

Колька глупо улыбнулся.
- Документик оставьте себе. Кстати, вы меня как будете транспортировать? Классически, под конвоем, или на шампуре?

Не успел Колька ответить, как на дороге загрохотало и в облаке пыли к ним подъехал мотоциклист.
- Все еще шпионишь, Петрович? - спросил он, снимая шлем.

Все лицо подъехавшего занимали огромные усы бармалейского фасона и зубастая улыбка. Остальное было покрыто пылью и не просматривалось.
- Представляешь, Леопольдович, эти шалопаи только заявились. Нужно быть круглым идиотом, простите, чтоб столько времени меня искать.
- Ага, - рассмеялся мотоциклист, - вредный вы старик. Я же говорил вам, не связывайтесь с Полторакиным.
- А вы куда? - спросил толстяк.
- Опять рейс на Свессу открыли... Ну ладно, если что, отстреливаясь, уходите в Баден-Баден... - сказал мотоциклист и, зарычав мотором, укатил.
- Так вы что, тот самый террорист, что ли? - спросил пораженный Колька.

Петрович возмутился:
- А вы читать умеете? А? Да, я террорист. Стервятник прерий... Без обеда на жаре...

Колька перевел изумленный взгляд на Кэт. У Кэт было глупое выражение лица.
- Так если вы террорист... Так это... как его... Руки вверх! - сказал Колька.
- Наконец-то... - обрадовался толстяк. - Где твое ружье?
- Так это... как это... - мямлил Колька.

Кэт вздохнула: этот Колька иногда такой непонятливый. И пошла искать ружье. И вскоре вернулась с длинной тяжелой палкой.
- Ладно, давайте пойдем напрямую, вдоль реки. Не возражаете? Так ближе.

А Кэт прошептала:
- Он заведет нас в логово...
- А не в логово? - спросил на всякий случай террориста Колька, когда они пошли.
- Хоть в берлогу... А то я загнусь сейчас на солнцепеке, будете тогда тащить меня, тяжелого, волоком...

Да, террорист был тяжелый. Это очень плохое качество для бандита.
- ...И прирежет, - заметила Кэт, споткнувшись о кочку.

Но они уже шагали вдоль берега по тропинке, заросшей бурьяном. Совсем как в джунглях. Колька держал в руках "ружье", нацелив дуло в широкую спину бандита. Он шел с чувством выполненного долга. И это беспощадное чувство распирало Кольку изнутри, как велосипедный насос футбольную камеру. Потому что никто не ловил террористов лучше Кольки.

- Или заблудит, - не унималась Кэт и сипела, задевая босыми ногами колючки.

А когда мы придем в лагерь, - мечтал Колька, - и все нас станут расспрашивать: - А скажите-ка, Николай, как вам удалось? А я: «Только если вы настаиваете». Все, конечно, настаивают. А я тогда...

- Возьмет заложниками... - шепнула Кэт, подозрительно косясь в сторону бандита.
- Да, - вдруг вспомнил Колька и спросил на всякий случай: - А скажите нам, тов... гражданин, когда вы брали заложников, они визжали или как?

Сказал и тут же пожалел. Потому что понял, что опять сморозил глупость. Ведь это Кэт оставила босоножки, а потом пела. И сейчас бандит наверняка будет смеяться... Но толстяк не засмеялся. Он остановился и очень серьезно поглядел сначала на Кольку, а потом на Кэт. И сказал:
- Как же не визжали, еще как визжали! Вот ты, девочка, из какого отряда?
- Из шестого, - испуганно промямлила Кэт.
- Из шестого? - толстяк стал загибать пальцы. - Ну да, точно. Чудовищно визжал весь отряд. Особенно этот, длинный.
- Во... вожатый Сережа?! - у Кэт глаза сделались большими.
- И Сережа. Все они теперь в Баден-Бадене. Заложниками. - Толстяк страшно цыкнул зубом.

У Кольки разом пропали все чувства. И исполненного долга - тоже. Потому что все изменилось. Теперь уже трудно было понять, нормальный ли это террорист со справкой, заверенной директором, или какой-то дикий. Приблудившийся какой-нибудь. Дело принимало странный оборот.
- Вы шутите? - одними губами улыбнулся Колька.
- Когда я шучу, некоторые плачут, - огрызнулся бандит. - И первым заплачет кто?
- Кто? - Колька споткнулся.
- Директор лагеря.
- Почему? - облегченно вздохнул Колька.
- Мало заплатил, - сказал толстяк.

Вот тут-то и произошло неожиданное. Сам не понимая, что делает, Колька поднял палку-ружье и со всей силы треснул бандита по блестящему затылку.

Продолжение

Добавить комментарий


карандаш
^ Наверх